Хозяйка замка Эдвенч

Грибоедова

Глава 19

-- Садись, – барон кивнул на табурет у дверей.

Я села и потупилась, а он с минуту разглядывал меня очень внимательно. Смотри-смотри, чепец так надет, что ты только рот и разглядишь!

Комнатка была небольшая, теплая, но неуютная. Узкое окно без шторы, камин с потрескивающим пламенем, стол с парой массивных стульев и табуретка у двери. Барон сидел спиной к окну, а я устроилась на табуретке, где было указано.

-- Расскажи о себе.

-- Что именно вы хотите знать, господин барон?

-- Род, возраст, что умеешь…

-- Элиза де Бошон, я дочь франкийского дворянина, барона Фернандеса де Бошона, мне девятнадцать лет…

Весь мой монолог уместился в несколько десятков слов, но я упомянула, что грамотна и знаю счет. Пусть сам уточняет то, что ему важно узнать, я лучше пойму, какие ответы требуются, где можно и приврать. Всяко место экономки лучше, чем помощницы кухарки. Только вот я должна делать вид, что ни о чем не догадываюсь.

-- Скажи, Элиз… Тебя, кроме чтения, чему-то еще учили?

-- Не слишком хорошо, господин барон. Мачеха иногда проверяла мою личную книгу расходов и ворчала, что я пишу, как курица лапой.

-- Книгу расходов? – барон оживился и «заглотил» наживку.

Я сделала вид, что чуть смущена, еще ниже наклонила голову и залепетала:

-- О, господин барон, это было в детстве… Мне так хотелось походить на мою покойную матушку… А она была очень хорошей хозяйкой и часто сидела над домовыми книгами. Знаете, такие… где приход-расход и прочее. Она мне немного рассказывала обо всем. А когда она умерла, я, просто подражая, стала вести такую же. Вот и все.

Рассказ я подготовила заранее, потому и излагала гладенько, делая паузы в нужных местах. Вот вроде бы я и взрослый человек, но чувствовала, как уши под чепцом начинают гореть: врать мне, все же, было несколько неловко.

Я не правдоруб и понимала, что с баронессой по-другому не справлюсь. Слишком мадам прошаренная и ловкая. Или у меня будут все права на ведение дома, или эта дрянь меня сожрет и будет травить въедливо и терпеливо. Если не получу то, чего добиваюсь, баронесса меня сгноит просто. Чем-то я ей не глянулась. Потому я терпеливо выводила барона на те решения, которые мне нужны. Пусть он сам предложит.

Давным-давно, еще в той жизни, когда я работала и возила богатых клиентов по деловым переговорам и индивидуальным экскурсиям, я вывела одно простенькое правило. Есть такие упрямцы, для которых важнее всего думать, что свое решение они приняли сами. Нужно просто подвести их к такому решению, которое будет удобно всем. Так что сейчас я раскидывала для барона Хоггера «вкусные» кусочки наживки.

-- Ну вот, к самим счетам она придраться не могла. Я всегда была дотошна: и каждую монетку записывала, и считала отлично.