Заложница

Я нагнулась, отпустила щенка и только тогда поняла, что нижняя губа болезненно ноет, потому как я ее прикусила, когда смотрела на Виктора и его гостью.

Я нормальная или нет? Зачем, спрашивается, себя покалечила, разве был какой-то повод? Конечно же нет.

Щенок заскреб в дверь, требуя ее открыть. Выпустить Тимошку не получилось, комната была закрыта на ключ.

– Прости, маленький, придется с пи-пи потерпеть, – пожав плечами, сказала я, и как раз в этот момент из коридора послышался звонкий девичий смех, цоканье каблуков и мужской бас. И все эти звуки становились громче по мере приближения.

Я прилипла ухом к двери и подслушиваю.

– Температура поднялась до тридцати восьми и пяти и часа три не падала, – сказал Аблов.

– М-да, разберемся, – хмыкнула девушка. – Да, вот что еще, Витя. Ты упоминал, что доктор уже был у пациента. Покажешь мне рецепт, который он выписал?

Я молниеносно отскочила от двери, наверное, не меньше чем на метр.

– Девушка, оказывается, не любовница Аблова, как я вначале подумала, а врач, о котором вчера говорил Виктор и перед которым я обязана молчать о положении пленницы, потому как черт меня дернул дать слово.

Теперь я посмотрела на девушку другими глазами и оценила уже совершенно с иного ракурса. Внешне она выглядит как вполне законопослушная дама. Неужели, если я попрошу у нее помощи, она откажет?"

"С одной стороны, вроде как слово дала при докторе молчать, но с другой стороны, кому я его дала – похитителю. Аблов же посмел пригрозить насилием, когда видео для Стаса снимал. А мне что тут – в благородство играть?

Так и не определившись с дальнейшим планом, я допрыгала до кровати, забралась под одеяло и приняла решение действовать по обстоятельствам. Как чутье подскажет, так и поступлю.

– Витя, для тебя все, что угодно, – промурлыкала девушка, заходя в комнату и глядя на Аблова, как самая отчаянная сладкоежка на витрину с тортами.

В глаза не то что бросается, а просто выпячивается, что гостья влюблена в Виктора по уши, не стесняется этого и даже не скрывает. Демонстрирует свою симпатию к нему всеми возможными инструментами, начиная с жестов и заканчивая тембром голоса.

Да-а-а, плохи мои дела, помощи у доктора не попросишь. Кто может быть преданней, чем отчаянно влюбленная женщина? Да никто.

– Я знал, что на тебя можно в любом деле положиться, – сверкнул Аблов белозубой улыбкой и кивнул в мою сторону. – Знакомься, Лена, твоя пациентка Валерия.

Девушка с трудом оторвала взгляд от Виктора и посмотрела по направлению, куда он показывал, то есть на меня.

– Доброе утро, Валерия, – явно погрустнев, девушка подошла к кровати и протянула мне руку.

– Для кого как, но в любом случае здравствуйте, – отозвалась я, в стиле зануды пожаловавшись на жизнь, и ответила на рукопожатие.