Над законом

– Почему это – поверх?

– Ладно, – подумав, сказал Илларион. – В самом деле – почему? Одного дарю. Только Плешивого не трогай.

– Это понятно, – обрадованным голосом сказал Сват, – это ясно. Хотя вот его бы, гада, первого и положить...

– Даже и не мечтай, – строго сказал Илларион. – Я тебя из-под земли достану и обратно в землю вобью, если ты его хотя бы поцарапаешь.

Он выпрямился и несколько раз подпрыгнул на месте, не выпуская автомата из рук. В кармане глухо забренчали спички.

– Ай-яй-яй, – сказал Илларион и бросил спички Воробью.

Воробей ловко поймал коробок на лету и спрятал его в карман. – Вот теперь, кажется, порядок, – удовлетворенно констатировал Забродов и на пробу подпрыгнул еще раз. – Если они меня не унюхают, то все должно быть тип-топ.

– Не нравится мне это, – пробурчал Сват, и Илларион вынужден был признать, что ему не откажешь в наличии чутья и интуиции. Старцеву план Забродова тоже не понравился, прежде всего потому, что главная роль в нем отводилась непроверенному гастролеру – и без всякой возможности его проконтролировать. Судя по всему, то же самое не нравилось и Свату, который, будь на то его воля, непременно приставил бы к новичку одного-двух автоматчиков. Он был одним из тех немногих, кто еще не видел Иллариона в деле, и совершенно искренне полагал, что нацеленный в спину этого столичного клоуна автомат совершенно обезопасил бы Старика от любых неожиданностей.

– Не грусти. Сват, – сказал ему Илларион, – все будет в лучшем виде. Главное, не трусь.

Сват только презрительно фыркнул, но москвича уже не было рядом. Он исчез так внезапно и тихо, прямо на глазах, что Свату стало немного не по себе и на ум полезли всякие сказки о нечистой силе, обитающей якобы в здешних местах.

– Ты видал? – спросил он у Воробья.

Воробей только утвердительно кивнул головой, пребывая в состоянии совершенного обалдения, – он тоже не успел засечь, когда и как исчез Забродов.

– Да вон он, – с облегчением сказал Сват, указывая на неясную в предрассветном сумраке фигуру, стремительно и бесшумно скользнувшую через дорогу и без единого шороха растворившуюся в кустах на противоположной стороне немного левее сгоревшего блок-поста. – Во дает! Как в кино.

Некоторое время оба до боли в глазах всматривались в эти кусты, надеясь засечь москвича по шевелению потревоженных веток, но тщетно – тот растаял, как сахар в кипятке.

– Правда, как в кино, – восхищенно выдохнул Воробей.

– Ерунда это все, – сказал Сват, садясь на землю и вынимая из-за пазухи засаленную колоду карт. – Кому это здесь надо? Тоже мне, черепашка-ниндзя... Свалил, и хрен с ним. Сигареты сухие у тебя? А то мои намокли, когда я в болоте на карачки встал...

– Может, не надо? – спросил Воробей, осторожно косясь на дорогу, видневшуюся в просветах листвы.