Над законом

Пока Сват пил, с шумом прихлебывая огненную жидкость, Илларион боролся с желанием плюнуть на все и выкурить сигаретку – в конце концов, это было, скорее всего, абсолютно безопасно, таможенники уехали и вернутся нескоро, а оставить засаду они вряд ли догадались – им было не до того. Искушение усугублялось тем, что сигареты были с ним, пачка заманчиво похрустывала в нагрудном кармане. 'Черта с два, – решил Илларион. – Не курить в разведке – одно из первейших правил. В последние дни я только и делаю, что нарушаю все и всяческие правила, и рано или поздно это может выйти боком. Отпускное настроение у меня, что ли, до сих пор не прошло?'

Напоив Воробья, он налил кофе себе и принял от сообразительного Свата толстый ломоть черного хлеба с салом. Еда согрела закоченевшее тело, а кофе прогнал сон. Жизнь стала немного приемлемей. Илларион с хрустом потянулся, завинтил термос и убрал его в рюкзак."

"– Сделаем так, – сказал он. – Когда они приедут и выйдут из машин, дадите несколько очередей и начнете отходить на нашу сторону. Старайтесь при этом как можно больше шуметь. Мне надо, чтобы они пошли за вами, ясно?

– Это ясно, – сказал Сват, с тоской посасывая пустой плексигласовый мундштук и сплевывая в траву. – Неясно, что в это время будешь делать ты.

– Я буду делать все остальное, – сказал Илларион. – Я мог бы поменяться с тобой местами, чтобы ты, наконец, успокоился. Одним дураком больше, одним меньше – невелика разница. Я не стану этого делать только потому, что обещал Старику вернуть товар, а ты этого сделать не сможешь. Еще вопросы есть?

Сват пробурчал что-то нечленораздельное и отвернулся.

– Что? – металлическим голосом спросил Илларион.

– Я говорю, курить охота, – сказал Сват.

– Курить... – Илларион подавил сочувственный вздох, снова с отвращением понюхал ладони, скривился и вытер их о траву. – Придется потерпеть.

Дома накуришься.

– Дома я напьюсь, – возразил Сват.

– Да, – мечтательно поддержал его Воробей, – сейчас бы стаканчик, да к бабе под одеяло...

– Все граждане России имеют право на отдых, – сказал Илларион. – Но!.. – он поднял кверху указательный палец и помахал им в воздухе. – После того, как выполнят порученную работу... Иначе народ нас не поймет, – подумав, добавил он.

Небо на востоке стремительно наливалось светом.

Солнце было готово вот-вот показаться из-за леса.

Илларион снова полез в рюкзак, вынул из него два запасных магазина к автомату и затолкал их в глубокие карманы брюк. Затянув тесемки и застегнув ремни, он протянул рюкзак Свату, который был покрепче Воробья.

– Держи. Патронов не жалейте, но меру знайте, а то как бы они не испугались и не залегли возле машин. Стрелять поверх голов. Ты меня понял. Сват?

– Не понял, – угрюмо отозвался тот.