Закон жанра

Украина уже отдельное государство, а гарных хохлушек на московской панели хоть отбавляй...

Ярослав пил коньяк, курил «Мальборо». Разговоры за жизнь скатились на скользкую бандитскую тему."

"– Я, братан, смотрел твои фильмы, – сказал Кеша. – Лихо ты там братву крошишь. Только знаешь, обидно, что вы там каких-то идиотов показываете. Что ни браток, то дебил или даун. Поверь, это не так. Мы, братан, чисто по понятиям живем. У нас беспредел не в почете. Да, с коммерсантов пенки снимаем, но это заведено так. Работаешь на моей территории – будь добр, плати. А нет... Да ты не думай, мы паяльниками никого не пытаем, это чисто киношные заходы, в натуре. Коммерсанты без паяльников платят. Они ж понимают, что платить все равно придется. Вот, допустим, он от меня отвертелся, а другой с него все равно спросит, все равно бабки снимет... Так от меня еще не отвертишься... А то, что ты там с классными телками амуры крутишь, так это ништяк. Нехило они с тобой зажигают... Только ты не думай, я не завидую. У меня с телками проблем нет. Таких бикс имею, обзавидуешься... Не веришь? Ладно!

Похоже, Кеша сам завидовал ему. Ярослав известный актер, секс-символ, красотки вешаются ему на шею. А ему приходится напрягаться, чтобы доказывать свой успех у прекрасных дам. Вот и сейчас он должен что-то доказывать. Уже подзывает к себе своего прихвостня, что-то шепчет ему на ухо. Браток заговорщицки улыбается и куда-то исчезает.

– Так вот и живем, братуха! – продолжал откровенничать Кеша. – Красивая жизнь, все в шоколаде. Бабок море... А что эти бабки? Сегодня они есть, а завтра ты или на нарах, или на погосте... Сегодняшним днем живем, братан...

– Между прошлым и будущим, – смог-таки вставить слово Ярослав.

– Не понял, – слегка озадаченно посмотрел на него Кеша.

– Ну, есть только миг между прошлым и будущим. Песня есть такая...

– А-а, песня... Да, что-то знакомое. Есть только миг, за него и держись... Да-да, братан, за этот миг и держимся... Давай, Ярый, за этот миг и выпьем!

Кеша наливал и пил, наливал и пил. И вроде бы не пьянел. Во всяком случае, глаза оставались трезвыми, и лицо не краснело. А вот язык слушался его все хуже и хуже. Заплетался, все чаще срывался на какую-то пространную чушь.

– Слушай, а у тебя как жизнь?

Наконец-то до него дошло, что надо поинтересоваться делами друга.

– Да нормально все было. В новой картине снимался... А сейчас бардак в стране. Картину закрыли. Денег нет...

– Денег нет? Да бабла сейчас, братан, навалом. Прям на дороге бабло валяется, только брать надо, не лениться... А сколько вам денег на кино надо?

– Не знаю. Да и не твой это вопрос...

– А про кого кино снимали? Опять про мента?

– Нет. Но с братвой воюем...

– Да это модно сейчас – с братвой воевать. В жизни мы всех делаем. Так пусть хоть в кино нас сделают... Да ладно, пусть делают.