Закон трех отрицаний

Да, собирался, но так и не собрался договориться с сестрой о встрече, дела закрутили.

– Привет, сестрица, – с улыбкой проговорил он в трубку. – На ловца и зверь, как говорится. Только собрался тебе звонить, а ты тут как тут. У тебя все в порядке?

– Да. Но встретиться хотелось бы, давно не виделись.

– Так в чем проблема? Я сегодня планирую быть дома часов в девять, не позже. Мама будет рада.

– Как Лара? Работает?

– Да, сейчас у нее хороший период. Но к девяти она тоже придет, так что посидим все вместе. Договорились?

– Ты знаешь, у меня вечер занят, давай, может, днем пересечемся, а? Пообедаем вместе, поговорим.

Так и есть, узнав, что Ларка будет дома, она отказывается приходить в гости. Но, может быть, у нее действительно другие планы на вечер? Будь проклята эта неопределенность! Надо все прояснить как можно скорее, нечего тянуть.

– Идет, – решительно ответил Риттер. – Где?

– Давай в «Ностальжи», мне нужно по делам в район Чистых прудов, часа в два я как раз освобожусь. Годится?

– Годится, – подтвердил он, – в два в «Ностальжи».

До половины второго Валерий успел провести два совещания и переделал кучу мелких дел, запланированных еще накануне. Позвонил Ларисе в мастерскую, но никто не ответил. Мобильник тоже не отвечал. Так бывало, когда она работала в угаре, ничего не слыша и ни на что не отвлекаясь. Никакого беспокойства у Валерия молчащие телефоны не вызвали. Даже хорошо, что жена не подходит к телефону, значит, творческий процесс в разгаре.

Ровно в два он вошел в ресторан, где бывал часто, и занял свой любимый стол возле окна. Аниты еще не было, Валерий заказал свежевыжатый сок, для себя – апельсиновый, для Аниты – морковно-яблочный, он знал вкусы своей сестры.

Анита опоздала всего на десять минут, что, с учетом московских дорожных пробок, можно было считать королевской точностью. Глядя на нее, Валерий, как всегда, подумал об их поразительном несходстве. Ведь они – дети одного отца, только матери разные, но и Зоя Петровна, и Нина в молодости были писаными красавицами. Почему же Анита обладает такой потрясающей внешностью, над которой, кажется, время не властно, а он, Валерий, похож на орангутанга? По крайней мере, именно таким он видел себя в зеркале и полагал, что точно таким же должно быть и восприятие его со стороны. Он не комплексовал по поводу своей внешности, боже упаси, у него вообще не было комплексов. Он просто знал о себе, что коренаст, широкоплеч, нескладен, некрасив, и его звероподобность лишь чуть-чуть камуфлируют дорогие стильные костюмы, сшитые на заказ и подогнанные под особенности его фигуры. Ни малейшего неудобства в жизни от этого он не испытывал, принимал себя таким, каков есть, но не переставал удивляться причудам генетики.