Закон трех отрицаний

– Ну, мужики…

– И дамы, – не мог не встрять Зарубин.

– Мужики и одна дама, – не позволил себя сбить Коротков, – вот только попробуйте сказать, что я плохой зам начальника отдела. Пока вы тут утробы набиваете…

– Не все, Пална голодает. На ней штаны не сходятся, – тут же наябедничал Сергей.

– Пока вы все, кроме Аськи, набиваете свои ненасытные утробы, я работаю в поте лица, создавая вам условия для полноценного отдыха.

– И чего наработал? – спросил Ольшанский, накладывая на чистую тарелку гору блинов и пододвигая ее Короткову.

Юра тут же схватил блин и засунул в рот.

– Ты с вареньем или вот с медком, – посоветовал следователь. – Чего пустой блин жевать, невкусно же.

– Мне – вкусно, – выговорил Юра сквозь блин. – Короче, рассказываю. Из той «беретты», которую нашли в мастерской Ларисы, в прошлом году совершены два убийства, в пулегильзотеке все данные есть. Точно известно, что совершил их некто Петлецов, но поскольку оружие тогда не нашли, то и доказать не смогли. Несколько месяцев назад брали один хитрый подвал, где обосновались фальшивомонетчики. Народу арестовали шесть человек и нашли там много всякого разного, в том числе аппарат для печатания денег и приличную кучку оружия и боеприпасов. Среди арестованных оказался и Петлецов. Но среди изъятого оружия этой «беретты» опять не было.

– Да была она, – пожал плечами Миша Доценко, – просто ее в суматохе кто-то из ментов, участвовавших в задержании, притырил. Такое сплошь и рядом делается.

– Мишаня, ты, видно, плохо покушал, ты не заболел? – Коротков изобразил тревогу и озабоченность состоянием здоровья подчиненного.

– С чего это ты взял?

– У меня, например, мозги совсем не работают, когда я до отвала наедаюсь, – пояснил Коротков. – Я могу думать, только когда голодный. А поскольку Мишка мыслит точно и в «яблочко», я и подумал, что он, наверное, мало блинов съел. Короче, среди сотрудников, бравших тот подвал, был и наш дружок Харченко, поскольку он занимается экономическими преступлениями и, в частности, фальшивомонетничеством. Харченко эту «беретту» и взял.

– Ага, кто шляпку спер, тот и тетку убил, – снова не удержался Зарубин.

– Что же он, совсем больной, из паленого оружия человека убивать? – не поверил Доценко. – Он же профессионал, он должен был понимать, что изъятый в такой ситуации пистолет наверняка уже был в деле и пользоваться им нельзя.

– Миша, он в тот момент был не профессионалом, а человеком, на котором висят семьсот тысяч долларов и за которым по пятам ходят боевики Гамзата и Багаева, – произнесла Настя негромко. – Поставь себя на его место, и я посмотрю, сколько профессионализма в тебе останется.

Коротков судорожно впихивал в себя блины, варенье и пироги. Настя старалась не смотреть на него.