Закон притяжения. Его студентка

А также сбивчивый порывистый хрип:

— Мое чертово наваждение! Мое… Боже, детка! Ты… с ума… меня сводишь!

Белова часто-часто задышала, пленяя ладонями его лицо и заставляя мужчину отвлечься от своего занятия, и вновь посмотреть на нее.

«Я устала притворяться! Устала! Не могу больше!»"

"— А ты меня! — прошептала она, утопая в его поплывшем лихорадочном взгляде. Обмирая от волнения, Лена накрыла губы Макарова своими.

И поцеловала так пылко и одержимо, как только смогла.

«Смотри, как сильно я люблю тебя! Смотри!»

О! Его ответ был ошеломляющим. Дерзким. Жадным. Собственническим.

Он целовал ее столь остервенело и безумно, что временами причинял боль.

Забыв обо всем на свете, они стискивали друг друга в объятиях и целовались.

Целовались. Целовались. Самозабвенно. Пылко. Ударяясь зубами.

Теряя счет времени. Теряя связь с реальностью. Растворяясь друг в друге.

Однако Лена отстранилась, взирая на Виктора испуганными глазищами, когда почувствовала, как он медленно покидает ее тело. И так же медленно возвращается обратно. Сердце ухнуло в бездонную пропасть. Девушку затрясло.

— Вик… я не…

— Доверься мне, малышка! — прямо у уха раздался его вкрадчивый шепот. — Хочу трахнуть тебя, как следует! Очень сильно хочу!

— Мне страшно…

Мужчина улыбнулся. И пусть его улыбка сейчас больше напоминала хищный оскал, в ней все же прослеживались нотки нежности и трепета.

— Поздно боятся! Иди сюда! — Макаров еще сильнее откинулся на керамическую спинку ванной, увлекая Белову за собой. Фактически он просто вынудил ее распластаться на нем. — Сегодня я грубить не собираюсь — уж как-нибудь сдержусь! Но если ты, милая моя девочка, не прекратишь сжимать меня, как в тисках… будет больно! И эту боль причинишь себе… ты сама!

«Он прав! Прав! Нужно расслабиться. Я должна. Должна. Должна!»

Лена судорожно втянула в себя спасительный кислород, ощущая внутри его осторожное мягкое скольжение. Ей стало жарко. Вся кровь будто одним махом устремилась к низу живота. Между ног сладко заныло. Нет, болезненные ощущения не ушли окончательно. Всего лишь притупились. Но благодаря тому, как аккуратно Виктор натягивал ее на себя, как осторожно проникал внутрь, появились и иные ощущения. Незнакомые, но приятные до жути.

Всякий раз, когда он оказывался в ней, все ее разгоряченное тело простреливало острыми иглами удовольствия. Примитивного и древнего, как мир.

Ее так сильно пробирало от их близости, что даже волосы на затылке шевелились. А кожу обжигало, будто всполохами пламени.

Не удержавшись, Лена запрокинула голову и томно застонала в потолок.

— Да! Все именно так! — довольно рыкнул Макаров, немного наращивая темп.