Закон клыка

А вот если чужак убил своего, это совершенно другое дело.

Поэтому я зафиксировал оба замка так, что вырваться нереально, и прохрипел в ухо сталкера высохшим горлом:

– Признаешь поражение?

Винт дернулся, попробовал освободиться, но быстро осознал, что скорее самозадушится, чем вырвется из захвата. И прохрипел в ответ сдавленным горлом:

– Признаю.

Ну и отлично.

Я разжал замки, откатился влево и встал на ноги. Признаться, меня слегка трясло и пошатывало – нормальное состояние после замедления личного времени. Хотелось опуститься на утоптанную землю и хоть немного полежать, пока отходняк не перестанет корежить тело.

Но расслабляться было рано. Хрен его знает, как у них тут принято обращаться с победителями признанных чемпионов. Может, почтительно и с уважением дают по тыкве бейсбольной битой, а потом постепенно отрезают по кусочку и скармливают чемпиону, чтоб к тому перешла сила победителя. В Зоне некоторые группы людей порой коллективно сходят с ума и начинают или истово охранять Монумент, или еще какой-нибудь фигней маяться на полном серьезе.

Но никто на меня нападать не собирался. Винт встал на ноги, отряхнул камуфляж от соринок, прилипших к нему, посмотрел на меня внимательно и сказал:

– Ну чего, пойдем что ли, потолкуем.

– А есть о чем? – поинтересовался я.

– Есть, – веско произнес сталкер.

Ну, если есть, почему бы не побеседовать с человеком. Я поднял с земли «Сталкер», забрал снова ставший моим рюкзак и оружие, после чего мы всей толпой вернулись в бар. Кстати, толпа по пути озадаченно молчала. Переваривала поражение чемпиона и наверняка пыталась осознать, какого дьявола Винту от меня понадобилось. Я тоже был в непонятках, но предпочел не гадать на кофейной гуще, а дождаться развязки.

В баре Винт уселся на прежнее место. Я последовал его примеру, сев напротив и положив рядом рюкзак, к которому прислонил свои стволы – мало ли что, пусть под рукой будут.

Рядом, придвинув табуретку к столу, сел товарищ Винта.

– Мрачный, – представился он, протягивая руку. – Или просто Мрак, если коротко. В той жизни, на Большой земле был Семеном Степановым. А в этой только позывной и остался…

– Снайпер, – проговорил я, пожимая жесткую ладонь сталкера. – Или просто Снар, если коротко. В той жизни был Иваном… Хотя предпочитаю о ней не вспоминать.

– Это правильно, – кивнул Мрачный.

Ну, если руки жмут, значит, за своего приняли. То есть, в ближайшее время мочить не планируют. Хотя в любой момент все может перемениться.

– Так кто ты и откуда, Снайпер? – без предисловий начал Винт, пристально глядя мне в глаза.

– Ну, уж точно не из пробирки, – хмыкнул я. – Мама с папой были, так что оттуда же, откуда и все.

– Я серьезно, – нахмурился Винт.