Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

Крики вырывались хрипло, боль сжимала сознание в точку и выбивала все мысли, оставляя лишь одно желание — прекратить это. Изъянов не было, власть Эритара была непререкаема. Все, что она могла — умолять и кричать. Это длилось и длилось, заставляя проходить новые и новые черты терпения.

— Беатрис, — он вдруг остановился и опустился перед ней на одно колено, будто бы влюбленный, делающий предложение.

— Ммм, — простонала она, чувствуя, как горло саднит от крика.

— Я не спросил тебя в начале, но мне очень интересно. В твоей дырявой памяти осталось стоп-слово?

— А оно еще работает? — выдохнула девушка, пытаясь понять, можно ли уже расслабиться.

Каждый раз, когда боль отступала прочь, она испытывала парадоксальное чувство — ей было мало. Но стоило получить хотя бы еще одну порцию, как желала тут же прекратить. Ей нравилось то, что он сам решает, когда все кончится. И сознание, что ЕМУ достаточно, успокаивало. Но достаточно ли сейчас?

Эритар закатил глаза:

— Кошмар. Кем ты меня считаешь?

— Моим хозяином, — выдохнула Беатрис.

Мужчина вскинул на нее оскорбленный взгляд, подозревая новую издевку. Но это была не она.

Глаза покорно опущены, дыхание тяжелое, пальцы схватились за протянутую руку, а губы целуют другую, ту, которая так жестоко била.

— Наконец-то признала, — отвечает он и не пытается прятать превосходство.

— Да, — шепчет она, растворяясь в моменте.

Боль отступила и теперь тело расслаблялось, пускай и преждевременно.

Он поцеловал ее с такой нежностью и напором, что все отошло на второй план.

— Я для тебя хозяин, — прошептал он, — но ты для меня — не рабыня, Беатрис. Ты — любимая женщина в руках извращенного мужчины.

— Два сапога — пара, — фыркнула она, напоминая, что дело не только в нем.

Эритар сбросил с себя сорочку, брюки, а затем разделся полностью. Его горячая рука легла на ее спину. Беатрис посмотрела в зеркало, пытаясь понять, что может произойти дальше. Пальцы зарылись в волосы.

— Знаешь, что удобно с тобой сделать, когда ты в таком положении? — спросил он.

— Что? — Беатрис чувствовала, как он тянет ее голову, заставляя повернуться как он желает.

— Всё. Абсолютно все, что мне захочется. Смущает лишь, что тебе тоже удобно, — усмехнулся он.

— Ты сам так привязал, — возразила девушка.

— Не переживай, я это компенсирую.

Ремень освободил ее талию, позволил немного приподняться. Кожа на ягодицах была безумно чувствительной и от этого Беатрис издала тихий стон. Эритар поместил под нее какой-то предмет, а затем девушка поняла, что в нее проникает достаточно крупная игрушка.

— Нет, — прошептала она.

— Да, — он ввел предмет и оглядел свою добычу. — Понимаешь, что мне осталось не так много возможностей овладеть тобой?

— Только не так, — возразила Беатрис.