Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

Девушка вздохнула и утопила свою жертву в зеленых волнах. Сил на это уходило больше, чем она планировала, нехорошо замерцали защищенные стены. Ведьма собралась, вытягивая из зеркала магию, стараясь удержать и то, и то.

Дверь стала поддаваться тем, кто стоял снаружи.

— Глупо будет так попасться, — вслух сказала Беатрис, понимая, что бросить Нильду сейчас означало лишь зря поиздеваться, а не удержать защиту — значило утратить себя.

За дверью послышались душераздирающие крики. Там что-то происходило. Надежда вспыхнула в душе, атаки на ее магию прекратились, и она смогла закончить с Нильдой.

Девушка лежала, не шевелясь прямо на полу и испытывала невероятные ощущения. Боль прекратилась, ушла будто бы ее и не было. Это было невообразимо прекрасно. Нильда поднесла руку к лицу и поняла, что нет следов от кандалов и шрамов, покрывавших предплечье. Она встала на четвереньки, затем поднялась по стенке, понимая, что действия даются легко, но самое главное — голова была какой-то другой.

Зеркало, раскрашенное кровью Беатрис, все еще выполняло свою изначальную функцию. Нильда подошла и обомлела. Ее кожа сияла, будто бы все это время получала питание, свет и уход. Мышцы налились силой, пропали рубцы от плети, ножа и всего, что жестоко касалось ее в этой камере. Грудь поднялась, с шеи исчезли отметины от ошейника. Девушка боялась посмотреть на свое лицо и изуродованную лысую голову, но взгляд бежал вверх, и она столкнулась с отражением.

Выжженные брови снова были на месте. Как же хорошо лицо с ними смотрелось! Оплывшие следы ожогов исчезли, а всю поверхность головы покрывал жесткий ежик коротких как у мужчины светлых волос. Нильда проводила по ним снова и снова, чувствовала, какие они колючие, шелковистые, ровные. Надежда вспыхнула в ее душе и это было больно, будто бы раскрывались двери души, из которых шел сквозняк чувств.

— Отрастут, — бросила ей Беатрис. — Красивый цвет, кстати.

Ведьма подошла к ее ложу. Простынь и одеяло забрали несколько дней назад, чтобы не смела закрываться и чувствовать себя одетой. Но Трис не растерялась. Она содрала с матраса обивку, пугая Нильду силой, с которой это делала.

Затем магия побежала по ткани, очищая.

— Заворачивайся, — Беатрис бросила ей прямоугольный кусок в руки. — А теперь будем надеяться, что я не зря потратила на тебя силы и что успею набрать новые. Камера построена великолепно. Если бы твой мучитель не принес сюда зеркало, мне бы ничего не удалось сделать. Эта вероятность сложилась очень странно, но Ртиа, похоже, была права.

Нильда не поняла, кто такая Ртиа, не поняла, насчет вероятностей, но завернулась в импровизированный наряд, чувствуя себя впервые за долгие недели одетой.