Заклинатель снега

Снимок был сделан 21 июня во время празднования восемнадцатилетия Мейсона на пляже: я, он и Джон обнимались на берегу океана. Мне нравилась эта фотография. Между двумя залитыми солнцем загорелыми калифорнийцами я была как снежинка. И все-таки через нас троих тянулась невидимая золотая нить, нас объединяла неведомая сила, заставлявшая наши глаза сиять одинаково ярко.

Мне восемнадцать исполнится зимой. Это будет первый день рождения, который мы отметим вместе, первый из многих других.

Легкий ветерок дул из открытой двери. На крыльце, облокотившись на деревянные перила, стоял Мейсон, рукава его темно-зеленой рубашки были закатаны, ветер нежно трепал его каштановые волосы.

– Что ты здесь делаешь?

Он повернулся и увидел меня в дверях. Каждый раз во встрече наших глаз в душе вспыхивало что-то такое, что никогда не перестанет меня удивлять.

Два простых слова. Кому-то они показались бы банальными, но для меня они были нежнее любой ласки.

Я улыбнулась. Мейсон учился понимать меня, уважать мои потребности и желания, даже самые необычные, те, которые мало кто мог понять. Как ни странно, он был очень терпелив.

Я подошла, и, пока он следил за мной взглядом, я несколько минут рассматривала его, наклонив голову.

– Что такое? – шутливым тоном спросил он.

– Ты выше меня, – просто заметила я, пробежав взглядом по его длинным ногам, четко очерченным линиям рук и спины.

Мейсон приподнял бровь, и я провела рукой по его мягким волосам, откидывая их назад. Мы наслаждались молодостью, предвкушали счастливые перемены, взрослели вместе, и это было прекрасно.

Я поджала губы, якобы обидевшись, и он рассмеялся. Мейсон смеялся еще и потому, что я призналась ему, что его могучая фигура поначалу меня страшно раздражала. Еще бы, ведь он дерзко и самодовольно смотрел на меня сверху вниз, нависал надо мной, как птица над букашкой, и мне не раз хотелось хорошенько его пнуть.

– Что сказал Джон? – спросила я, гладя его по руке.

– Передает тебе привет и просит нас быть поаккуратнее.

– Беспокоится из-за того, что мы здесь одни?

– Наверняка, но он рад, что я с тобой. Велел от тебя не отходить.

– Выходит, я в надежных руках, – сказала я и подмигнула.

Мы оба знали, что это значит. Джон больше не врывался в наши комнаты, не бросал на нас настороженные взгляды. Однажды, совсем недавно, он увидел нас в саду: я положила ноги на Мейсона, держа в руках скетчбук и карандаш, Мейсон смеялся, пока я рисовала его портрет. Я заметила Джона. Его взгляд не нуждался в словах. Он не просто привык видеть нас вместе – он был от этого счастлив.

Я почувствовала легкость в груди и переплела свои пальцы с пальцами Мейсона. Он посмотрел мне в глаза, и в моей душе зацвели цветы.