Заклинатель снега

– Пойдемте, – сказала я мягким голосом, вытаскивая друзей из паба.

Я не видела выражения лица моего бывшего одноклассника, но была уверена, что оно дорогого стоило.

Трэвис сел назад, мы заняли три передних сиденья и поехали обратно. Я остановила пикап перед домом, а затем мы пошли к озеру, где нас ждали остальные.

Перед нашими глазами предстало необъятное пространство: вдали виднелись силуэты зеленых гор, одетых по-летнему, как прекрасные дамы, бирюзовая вода сверкала в солнечном свете, тысячи цветов покрывали долину ароматным пологом. Потрясающий вид.

– А-а-ай! – закричал Томми, потеряв равновесие, и шлепнулся в воду вместе с удочкой.

– О боже! – охнула Карли, бросаясь ему на помощь. – Ты в порядке?

– Один ноль в пользу форели! – поддразнила Сэм, сложив руки конусом.

Трэвис скинул джинсы и, хохоча, тоже сиганул в озеро. А когда Томми вылез на берег, он начал плескать в него водой из ведра. Однако рядом был не только Томми – он случайно окатил и Фиону с головы до ног. От возмущения она открыла рот, по щекам у нее потекла тушь. Она смотрела на Трэвиса, сгорая от убийственного напряжения.

– Ну что ты за идиот! – крикнула она, подняв кулачок. – Сейчас ты у меня получишь! И сразу поумнеешь! Вылезай давай! Чего смеешься? Что в этом, черт возьми, смешного? А, Трэвис?

Она продолжала возмущаться, пока их голоса не приглушили всплески воды.

– А где Мейсон? – спросила я, оглядываясь вокруг.

– Разговаривает по телефону с Джоном, – ответила Сэм, указывая на фигуру вдалеке возле деревьев.

Я смотрела на него и чувствовала, как на душе становится спокойно. Я слушала смех друзей, шум листвы, шорох воды по мелкой гальке. Я слушала диссонансное смешение звуков и задавалась вопросом, а не состоит ли счастье именно из этого – из нюансов и оттенков света и контрастов, хаоса и любви?

Карли накинула плед на плечи Томми. Она смеялась, когда он чихал, его волосы прилипли к голове, как листья салата. Они еще не пара, но уже не просто друзья. Возможно, со временем они оба поймут, что у них особый взгляд друг на друга, причем таким он был с самого начала.

Я поправила кепку и объявила:

– Схожу ненадолго в дом, надо разобраться кое с какими делами.

– Нет, не надо, – успокоила я ее. – Оставайся, наслаждайся отдыхом. Лучше проследи за тем, чтобы Томми не сломал удочку.

Заверив всех, что помощь мне не нужна, я вернулась в дом. Проверила колонку, чтобы не было перебоев с горячей водой, принесла еще дров, убрала на кухне и в гостиной. Хозяйственные дела не тяготили меня, наоборот, подняли настроение.

Закончив с этим, я вынула из рюкзака рамку с фотографией и поставила ее над камином, рядом с папиными фотографиями.