Заклинатель снега

Джон нашел меня распластавшейся на полу, как медвежья шкура. Со все еще мокрыми после холодного душа волосами и в одной длинной футболке.

– Что ты делаешь? – спросил он.

Джон уже переоделся в деловой костюм. Я посмотрела на него с пола, запрокинув голову.

Он оторопело посмотрел на меня.

– Айви, но ведь есть кондиционер… Ты не нашла пульт?

Мы долго смотрели друг на друга. Кондиционер? Я даже не знала, как выглядит кондиционер, за последние двадцать четыре часа из меня вылилось пота больше, чем за всю мою жизнь. И он сказал мне об этой штуке только сейчас?!

– Нет, Джон, – ответила я, старательно сдерживая раздражение, – я не заметила здесь никакого кондиционера.

– Да вот же он, – сказал он спокойно, входя с портфелем в руке. – Смотри!

Он взял с письменного стола белый пульт и показал, как регулировать температуру. Потом направил его на короб над шкафом, и тот пискнул. Через пару секунд с едва слышным гулом короб начал выдувать прохладный воздух.

– Прекрасно. А теперь мне пора бежать. Уже опаздываю. Кое-какие дела я могу делать и из дома, так что вернусь днем. Хорошо? Если захочешь что-нибудь себе приготовить, то в холодильнике полно еды.

И снова в его глазах я уловила беспокойство.

– Не забудь поесть. И обязательно звони мне, если что.

Ресницы задрожали, сжалось горло, дыхание сбилось. Я сдавила в пальцах сангину, ощущая внутри себя темноту, которая вибрировала какое-то опасное мгновение. Как дикое животное, мрак принюхивался ко мне, собираясь поглотить, но я сидела неподвижно, притворившись мертвой, и не позволила ему собой завладеть.

Мгновение спустя, подталкиваемая невидимой силой, я подцепила пальцем пару страниц и перевернула их.

И встретила его взгляд, запечатленный на бумаге. Долго смотрела на него в тишине, не смея провести пальцами по рисунку.

Именно это я испытывала всякий раз – неспособность улыбнуться, иногда даже дышать, нежелание представлять будущее, жизнь без него, поэтому и искала его повсюду. И видела его только во сне.

Он говорил мне: «Будь стойкой, Айви!» Боль, которую я испытывала, была такой реальной, что я хотела остаться там с ним, в мире, где мы могли по-прежнему быть вместе.

И все же я успевала дотронуться до него. Коснуться на мгновение, пока темнота не забирала его, и тогда я просыпалась, хватая ртом воздух, протягивая руку и все еще чувствуя тепло, которое в реальной жизни больше никогда не почувствую.

Джон вернулся домой после полудня.

Когда он зашел поздороваться, галстук на нем был ослаблен, а рубашка расстегнута на несколько пуговиц.

Я подняла голову от скетчбука и посмотрела на него. Для меня в самый раз.

Джон поежился и посмотрел на кондиционер, который с напором выдувал холодный воздух.

– Пингвинам бы у тебя понравилось.