Заклятый брат

Я… Я жутко боюсь, что с вами что-то случится, и я бы с радостью отправил вас по домам, но один я просто не справлюсь. А в этой войне нельзя проигрывать. Ни за что.

Шарлотта долго не сводила с него глаз.

– Да, – тихо сказала она. – Нельзя.

Они ещё немного посидели молча, а потом Шарлотта слезла с дерева, Саймон обернулся человеком, и они вместе вернулись к логову. Лео складывал вещи в фургон, на котором Рехема привезла их из аэропорта, и при виде них он махнул рукой.

– Мы готовы ехать, – сказал он. – Ваши вещи в багажнике.

Шарлотта забралась в салон, а Саймон обернулся к логову. Он сам не знал, почему – может, хотел попрощаться, пусть это и было бессмысленно, – но вдруг заметил Фахари, стоящую у акаций. Она ничего не сказала, лишь вскинула руку, и Саймон тоже ей помахал. Он не представлял, с чем ей предстоит столкнуться, но понимал: Фахари не бросит родных и друзей на произвол судьбы. И всё же это не мешало бояться.

В последний раз вдохнув воздух саванны, Саймон забрался на средний ряд фургона, который друзья оставили специально для него. Их осталось шестеро – Лео с Джемом сидели впереди, а Уинтер с Шарлоттой и Арианой устроились сзади. Дедушка завёл автомобиль, и Саймон растянулся на сиденье, пытаясь понять, откуда в груди взялась пустота.

– До Дар-эс-Салама далеко, – сказал Лео, выезжая на дорогу. – Поспите, пока есть возможность.

– Это ты ямы объезжаешь, так что всё в твоих руках, – сказала Уинтер, а Элоиза вскарабкалась на сиденье к Саймону и тут же влезла ему на грудь.

– У тебя шов разошёлся, – сказала она. Присев, Саймон оглядел рану на плече. Через футболку действительно проступала кровь.

– Ничего страшного, – сказал он. Но не успел лечь, как за окном мелькнуло массивное тело, прикрытое тканью.

Его охватило холодной тоской. Он понимал, что никогда не забудет, как рыдал её сын, никогда не забудет вид залитой кровью саванны чуть севернее заповедника. Когда там вновь зазеленеет трава? Сколько понадобится дождей, чтобы окончательно смыть следы битвы?

– Ты в порядке? – спросила Ариана, заглядывая через спинку сиденья. Она не смотрела на раны, и Саймон понял: речь не про них.

– Где бы я ни появился, кто-нибудь обязательно умирает, – пробормотал он, укладываясь на сиденье. – Остров Звериного короля, Аништадт, Лазурный остров. А теперь и здесь тоже.

– Ты не виноват, – мягко сказала она. – Ты ведь хочешь помочь. И мы тоже.

– Ну да, – прошептал он. Разумом он понимал, что не заставлял Вадима нападать на саванну, но прекрасно помнил, что началось всё из-за него – ведь это он разбил Хищника. Если бы кристалл остался цел, то не наделил бы потомков королевской крови силами, и тогда Тембо с Заликой, Кай с Суюки, Экон с Эмилией стали бы львами, кенгуру и лисами, а не Наследниками. И всё у них было бы хорошо.