«Заказ» невыполним

Но Джамбулат легко читал все его действия и от этого чувствовал себя не только хозяином дома, но и хозяином положения.

– Так что, чай будешь? – спросил Джамбулат.

– Нет, спасибо. Я чай только дома пью. Или в Японии, когда туда заглядываю… Такой чай в здешних магазинах не купишь, а от другого удовольствия не получаешь. Это все равно, что после настоящего грузинского коньяка ординарный вермут из горлá хлебать…

– Спасибо, оценил, – хмуро ответил Джамбулат. – Тогда, раз уж ты законы гостеприимства отвергаешь, я тоже их отвергну и спрошу напрямик: что тебе от меня нужно?

Гилани Гирмасолатович кивнул, кажется, себе в ответ на собственные мысли и нисколько не смутился тем, что его обвинили в нарушении национальных традиций. Он поднял руку и повел пальцами. И тут же охранники, привычные, видимо, к таким жестам, вышли во двор, оставив их наедине с хозяином.

– Я слушаю, – сказал Джамбулат, прислонившись к стене плечом и не желая пока садиться, и даже показывая этим, что на долгий разговор он не рассчитывает.

– Мне очень нужен твой сын, – только и сказал Гилани Гирмасолатович, и посмотрел на раздумывающего Джамбулата долгим и напряженным взглядом.

Джамбулат свой взгляд не отвел, и смотрели они один на другого долго, до тех пор, пока гость, непривычный, похоже, к встречному взгляду, не выдержал и глаза не отвел."

"– Мне он тоже нужен, – только тогда ответил Джамбулат. – Только я не знаю, где его найти. Мы семь лет не виделись, и я потерял его следы, а он считает…

Он хотел было сказать, что Таймасхан считает отца погибшим, но вовремя остановился, сообразив, что Гилани Гирмасолатович может эту информацию использовать при случае в своих интересах и против самого Таймасхана.

– Что он считает?

– Он считает, видимо, что я все еще «отдыхаю» в закрытом помещении…

– Мне говорили, он вообще не знает, что ты жив…

Значит, Гилани Гирмасолатович обладает информацией. Но с правильной информации его можно и сбить. Сомнения всегда бывают более сильным оружием, чем даже хорошо известный факт, и способны поколебать и твердое убеждение.

– Кто тебе такое сказал?

– Точно не помню. Может быть, он сам и сказал.

– Ты с ним встречался?

– Он дважды выполнял мои небольшие поручения. Неплохо заработал…

– Какие поручения? – спросил Джамбулат напрямую и достаточно жестко, чтобы надеяться на прямой ответ.

Гилани Гирмасолатович выдержал долгую паузу.

– Ты знаешь, чем зарабатывает на жизнь твой сын?

– Я семь лет не общался с ним. Но у него был хороший наставник в мое отсутствие. Не знаю, вместе ли они сейчас…

– Это ты про Хамзата Хайдарбекова говоришь?

– Про него…

– Он не наставник, он компаньон. Может быть, старший компаньон, я не в курсе. Может быть, равный.