Грех Захарова

 – Пойдем туда, – проводит подбородком налево. – Я тебя осмотрю.

Словно вкопанная стою на месте. Ноги проросли к полу. Говорила же Маше, что лучше дома остаться. Под одеялом лежать и даже голову оттуда не высовывать. Я не оказалась бы сейчас здесь, послушай она меня.

Тимур отходит в сторону – к окну. Прижав к уху телефон, смотрит куда-то вдаль. Кого он разглядывает?

– Гордин, мы на месте. Что у тебя? – говорит в трубку.

– Тебе нужно лечь, – вздрагиваю от голоса врача. – Не бойся. Ты почему трясешься? Это не больно, – улыбается.

Она что, издевается? Что значит не больно? Скоро из меня малыша вытащат, а она говорит, что будет «не больно»?!

– Нет. Через минут десять, да. Ребят предупреди. Не хочу больше облажаться. Достаточно с меня. Устал, – слова Захарова действуют на нервы, но я не могу перестать пялиться на него и следить за каждым словом. – Нет, сегодня все закончится. Нет. Нет, Гордин! Не нужен!

Не нужен… Конечно. Зачем ему ребенок от меня? И какой из него отец? За дочерью присмотреть не смог. Мент, блин, черт его раздери! Оперативник, называется…

– Я не хочу делать аборт. Пожалуйста, не надо, – смотрю на девушку умоляющим взглядом.

Она хмурится. Косится на Захарова, а потом на меня.

– Аборт? С чего ты так решила? Он так не поступит, – кивает на Тимура.

Я что, снаружи настолько сильно на идиотку похожа? Да, я не такая взрослая, как они. Да и не ребенок, чтобы вестись на их игры!

– Я… Можно сначала в туалет? Пожалуйста.

– Пойдем, – пожав плечами, девушка указывает на дверь.

Захаров стоит спиной к нам. Спорит, рычит в трубку. Что-то толкует.

Едва я оказываюсь снаружи, бросаю на девушку очередной взгляд. Прости, но так надо. Я обязана сберечь малыша.

– Мира! – зовет меня Захаров.

Встречаюсь с ним глазами. Качнув головой, отталкиваю Яну от себя. Она падает, не успевает ни слова пикнуть.

– Прости, – шепнув одними губами, бегу к выходу.

Или я сегодня умру… Или убью!

ГЛАВА 20

Я бегу. Не оглядываюсь. Не знаю, что чувствую, но хочу лишь одного: скорее отдалиться отсюда. От Захарова.

Машу рукой первому попавшемуся такси. Оно останавливается в полуметре от меня.

– Жмите на газ. Пожалуйста, – кричу. – Пожалуйста!

– Что-то случилось?

– У меня… Мама больна! Я должна успеть! – бормочу первое, что приходит в голову.

Мужчина недоверчиво таращится на меня. А через секунду автомобиль дергается с места. Далеко уехать не получается – мы застреваем в пробке. Я выпрыгиваю на улицу и снова бегу. Денег у меня нет, чтобы расплатиться. Слышу, как орет водитель, но мне сейчас не до него.

Телефон остался у Захарова. Черт возьми! Даже позвонить никому не могу. Да, нужно остановиться и у кого-нибудь попросить его, связаться с Машей. Спросить, где она. Предупредить, что я исчезну на время. Но куда я уйду? У меня никого нет.