Загадка верфей

Я весь подобрался, всматриваясь в лицо мальчишки. К моему удивлению, он ни капли не врал. Я-то подумал, что он так решил мне тоже отомстить за обожаемого шефа, но нет.

— Хм-м-м… Тухлятиной?

— Мелкий — талантливый нюхач на магию, — неожиданно вступил в разговор Череп. — Только дар у него проклюнулся совсем недавно, и он ещё не умеет им управлять в совершенстве. Но если говорит, что пахло неправильно, значит, так оно и было. Мелкий нам уже однажды спас жизнь. Мы у него в долгу.

Уши заложило, а собственное сердцебиение гулкими ударами отразилось в висках. От снадобья воняет тухлятиной. Противный липкий комок страха подкатил к горлу.

Когда флакон мне подменили? Может, с самого начала целитель дал что-то не то? Или же был кем-то подкуплен? Я послал мальчишку за ближайшим целителем и поверил на слово мужчине, что он им является. Почему я решил, что зашедший действительно является врачевателем? Из-за нашивки в виде листа… Но её легко подделать, как и саквояж с фармокотекой. А ещё мужчина побоялся лечить меня магией… собственно, из-за своего выгорания я вообще не видел магию. Надо мной просто водили руками и задавали вопросы.

Я помотал головой. Нет, я вызвал целителя спонтанно, и он пришёл ко мне весьма быстро. Сомнительно, чтобы злоумышленник дежурил днями напролёт, ожидая, когда же мне понадобится медицинская помощь. Да и если бы я не отдал кольцо Грейс, то никого бы звать не стал. Нет, определённо мне поменяли снадобье позднее."

"Взгляд сам собой метнулся к осколкам, и только сейчас я разглядел, что это было прозрачное стекло. Этикетки не было. А на том флаконе, что мне оставил человек, представившийся целителем, она была. Значит, всё же мне именно подменили флакон. Но кто? Когда? Как? Жаль, зелье полностью пролилось, и теперь даже несколько капель для образа не собрать.

В висках застучало оглушительно громко. Меня накрыла резкая головная боль.

Словно разматывая клубок ниток, я мысленно стал прокручивать всё, что произошло за последние три дня задом наперёд. Последний глоток я выпил полчаса назад. До приёма я думал… о чём я думал? Конечно, о самом дорогом человеке — о Джейн. Но много ходил по крыше, принял лекарство и… разозлился! Я совершенно чётко вспомнил, как лёгкое беспокойство практически мгновенно трансформировалось в злость. Это и хорошо и плохо одновременно. Значит, меня не хотели отравить ядом, но кому-то потребовалась моя неадекватная реакция. Зачем? Тут ответ очевиден. Единственное дело, которым я сейчас занимаюсь, — пожар в верфях. Кто-то знает, что я взялся за это, и очень не хочет, чтобы я копался в этом. Или нет?

До этой крыши я был в поместье Лэнгфордов. Берни видел, что я пью, и мог подменить флакон. С его магией я бы даже этого не заметил.