Загадка театральной премьеры

— По-моему, надо бежать к майору Василенко, — сказал Пашков.

— С такими мощными доказательствами, как у нас, конечно, только к Владимиру Ивановичу и обращаться, — пожал плечами Олег.

— Да он же свой в доску мужик! — горячо заспорил Пашков. — И вообще, какие тебе еще нужны доказательства?

— А что, интересно, ты Василенко расскажешь? — спросил Олег. — Про свою башку, в которой звучали голоса из башки соседа, живущего этажом выше? Вон ты даже ребятам до сих пор боишься в этом признаться, чтобы тебя не засмеяли.

— Про голоса никому нельзя говорить, — согласился Лешка.

— А больше у нас ничего нет, — развел руками Олег.

— Но мы ведь уверены, — усилил натиск Пашков. — И майор Василенко нам доверяет.

— Ну хорошо. Поверит нам Владимир Иванович, — откликнулся Олег. — Но задержать Евтушенко ему все равно пока не за что. Значит, он начнет копать в поисках доказательств. И запросто может спугнуть Герасима. Вот тогда Инге точно несдобровать.

— Тогда Евтушенко сделает с Ингой то же, что сделали Макбет и его леди с теми, кто им не нравился.

— Слушай ты, специалист по Шекспиру, — усмехнулся Олег. — Давай лучше о деле думать.

— У тебя бы в голове запело, тогда тоже стал бы специалистом, — защищался Пашков.

— Видно, пело и впрямь не зря, — на сей раз вполне серьезно отметил Олег. — Прямо ума не приложу, как бы нам Инге помочь, — нахмурился он.

Перескакивая через многочисленные лужи, в которых тускло отблескивали редкие фонари, друзья добрались до дома Олега.

— Так что будем делать? — спросил Лешка.

— Понятия не имею, — вынужден был снова повторить Олег. — Можно, конечно, завтра с утра за ним последить.

— Пустой номер, — не воодушевился Лешка. — Во-первых, он явно не выведет нас на Ингу. Сейчас ее где-нибудь спрятали, и она находится под охраной совершенно других людей. Что Евтушенко, дурак показываться ей на глаза?

— Ты прав, — кивнул Олег. — Он наверняка обставил все таким образом, чтобы Инга ни сейчас, ни в будущем не смогла даже заподозрить его участия.

— Ну да, — откликнулся Лешка. — Получит триста тысяч баксов, а потом прибежит к Турундаевской выражать радость, что она вернулась живой и невредимой.

— Вот именно, — продолжал Олег. — Но ведь с сообщниками-то Евтушенко должен когда-нибудь встретиться.

— Вопрос: когда? — поднял вверх указательный палец Пашков. — Может, они вообще встретятся только после того, как уже будет заплачен выкуп и Инга вернется домой.

— Но до этого Евтушенко должен поддерживать связь с сообщниками хотя бы по телефону, — не сомневался Олег.

— Нам-то какая польза? — спросил Пашков. — Мы же не можем его разговоры прослушивать. И следить за ним бесполезно.