Зачем убивать дворецкого? Лакомый кусочек

 – Это ты, что ли, Эмберли? Какого черта тут делаешь?

Фрэнк повернулся к лестнице и крикнул:

– Можете выходить, сержант! Игра окончена.

Кокрейн так и подпрыгнул:

– Что, и сержант Губбинс здесь? А где мисс Браун?

– Ты был как никогда близок к смерти, Энтони, – уже спокойно, но все еще злобным тоном произнес Эмберли.

Сержант спустился по лестнице:

– Что происходит, сэр?

– Ничего, – с горечью ответил Эмберли. – Мой друг мистер Кокрейн об этом позаботился.

Сержант направил луч фонаря на Энтони:

– Что ж, нельзя сказать, будто я сильно о том сожалею.

– Послушайте!.. – начал было Кокрейн, но затем, сбавив тон, встревоженно спросил: – Чем это здесь так противно воняет?

– Хлороформом, – ответил Эмберли, переходя в гостиную.

– Но, черт побери, за кем же я следовал на всем пути от особняка?! – воскликнул Энтони.

– Уж точно не за нами. – Эмберли чиркнул спичкой и включил лампу. – Возможно, тебе будет интересно узнать, что мы с сержантом устроили здесь засаду, ждали человека, за которым ты следил. И, если б ты не вломился в дом с таким шумом и треском, что мертвого можно поднять из могилы, мы бы его взяли.

– Но… черт… если вы были здесь, почему не схватили этого человека?

– Да потому, что хотели взять его с поличным, дурак ты эдакий!

– Как это с поличным?

Эмберли усмехнулся:

– Застичь на месте преступления в тот момент, когда он станет глушить хлороформом сержанта. Но, увы, не получилось. Лучше расскажи, что ты затеял. – Он подошел к окну, опустил створку, запер ее на задвижку.

Кокрейну все еще казалось, что он весьма успешно сыграл роль детектива. По возвращении из Грейторна в особняк Нортон он улегся в постель рано, но не спал. Немного почитал, вроде бы выключил свет только после полуночи и еще какое-то время после этого просто лежал в кровати. И уже начал дремать, когда услышал негромкий звук снаружи. Окна его комнаты выходили в сад перед главным входом, он уже и прежде отмечал, что, когда там кто-нибудь проходит по дорожке, раздается хруст гравия.

Ему показалось странным, что в столь поздний час кто-то вышел из дома; любопытство заставило его подняться и выглянуть в окно. Сперва показалось, что на дорожке ни души, затем он разглядел в полумраке мужскую фигуру – та как раз выходила из-за пышного куста рододендрона. Мужчина находился примерно в тридцати ярдах от дома и шел к воротам, так что Кокрейн видел только его спину, да и то не слишком отчетливо. Неизвестный шел по узкой полоске травы, что тянулась вдоль дорожки, и толкал велосипед. Очевидно, Кокрейн слышал хруст велосипедных шин по гравию. На мужчине было длинное пальто, на голове – твидовое кепи, низко надвинутое на лоб.