Зачем я ему?

Я думала, он хотел, чтобы я… перестала с тобой… общаться. Он так смотрел на меня на этом награждении… Думала, дырку прожжет… Обо мне спрашивал, о детстве, даже о бабушке. А потом сказал, что ты в Лондон через месяц уедешь и…

Не знаю, не могу это сказать, так неловко, это ведь все разрушит… С чего Леднев-старший вообще взял в голову, что Ник мог мне предложить поехать с ним. Мы ведь даже не встречаемся.

— Так неважно, что ты сразу покраснела?

— Он… Я не знаю, почему он это спросил… Мне кажется, он не так все понял… Я…

Замолкаю, хочу слезть с кровати, но меня не пускают.

Я не знаю, как это произошло, будто кто-то вместо меня взял и сказал. Я словно со стороны услышала свои слова:

— Спросил, предлагал ли ты мне переехать вместе в Лондон.

Вижу по лицу, как удивлен, он точно не ожидал такого и, конечно, совершенно не думал, что меня можно… что со мной можно… Такой холод внутри, кажется, даже руки свело.

— Я не понимаю, как такое могло прийти в голову, я ничего ему не говорила… Вообще никому… Я совсем не…

— Поехала бы со мной?

Обрывает мою бессвязную речь, а я вздрагиваю не столько от вопроса, сколько от взгляда. Такого же жесткого, цепкого, как у отца.

— Я? Я не… Ну ты же…

— Так как? — смотрит так, будто, и правда, ждет моего ответа. Но это ведь невозможно.

Смотрю на него и знаю, что другого ответа быть не может. И назад дороги уже нет. Неважно, что он об этом подумает.

Улыбается так, словно знал, что именно это я и скажу.

— Моя девочка! Иди сюда, — прижимает меня к себе еще сильнее, а меня потряхивает от волнения, я, правда, это сказала? — Не предлагал, потому что уже решил, что никуда не поеду.

— А если бы поехал? Позвал бы? — теперь уже я пытаюсь прочитать ответ по его лицу.

— Без тебя бы вряд ли уехал, — поглаживает большим пальцем мою шею. — Тебя даже под присмотром бывшего спецназовца оставить нельзя.

Он усмехается, а у меня в глазах — слезы. От огромного облегчения. Я даже представить себе не могла, как на самом деле была напряжена. Не сегодня, не эти дни, когда он уезжал, не тогда, когда мы были вместе в Москве. А уже несколько месяцев, когда он буквально ворвался в мою жизнь, когда я сжималась от одного взгляда Никиты, а потом, как наркоман, ловила его внимание. И мне было мало. Смотрю, как он вытирает слезы со щеки и не верю, по-прежнему не верю, что у нас может что-то получиться. Я даже надеяться себе не разрешала и сейчас не разрешаю.

— Почему? — выдавливаю из себя это слово.

— Нет ответа, Варь, — шумно выдыхает. — И подвоха нет никакого.

Снова прижимает меня к себе, зарывается пальцами в волосы и рассказывает, как случайно обратил на меня внимание из-за активности Машки, как я напомнила ему детство, как стал присматривать за мной, а я все равно попадала в разные истории.