Хозяйка забытой усадьбы

"

"Наемник не стал отказываться от должности поваренка, и дело заладилось. Отправилась в холодную воду картошка, нарезанная крупными дольками. А на соседний от кастрюльки с будущей похлебкой горячий камень приземлилась сковорода с толстым дном. Стоило бросить на шкворчащее масло нарезанный полукольцами нежный порей, как по кухне поплыл тот самый запах – аромат домашней готовки. Я глаз не спускала с порея, он такой тоненький и запросто может сгореть, что чуть не проморгала самодеятельность наемника, который собрался высыпать мелко струганную морковь прямо в сковородку.

– А в чем дело? – удивился Корбу, отхвативший от меня полотенцем по спине.

– Дай луку зажариться, варвар! – в сердцах прошипела я. – Морковка выделит сок, и порей в нем просто сварится!

И вздрогнула. Я ругалась точь-в-точь как королевский повар. Осталось только крепкое словцо добавить.

Гильдиец, подняв руки в притворном ужасе, отступил.

– А вот теперь можно, – проворчала я, давая команду на воссоединение морковки с пореем.

Честно говоря, было неловко за свой всплеск. Это же надо было, наемника, который меня одним мизинцем может перешибить, отходила полотенцем. Еще и обругала.

Чтобы не показывать своего смущения, я занялась замоченными грибами. Отжав, порубила помельче лесные и покрупнее белые и переложила их к зажарке.

– Я тут посмотрел, как вы владеете холодным оружием, леди. Работу не ищете? – подколол меня Корбу.

Насупившись я счистила в сковороду листики с нескольких стебельков тимьяна и бросила пару веточек душицы. И сразу будто лесом пахнуло.

Как раз картошка подварилась, и я объединила элементы похлебки.

Простое блюдо, которое не подадут на званом обеде, но слюнки уже текут. Хотя осталась еще пара штрихов. Посолила, поперчила, добавила в суп раздавленный зубчик чеснока. Я же теперь не леди, мне можно. И нашинковала увесистый пучок укропа прямо в кастрюльку. Через минуту сняла все с горячего камня и обнаружила, что кухонный стол уже сервирован, а сладкая парочка уже сидит с ложками в руках.

Что ж. Было очевидно, что никто не собирался ждать свежего хлеба.

Да я и сама почувствовала, что снова голодна.

Разлив по тарелкам похлебку и за неименением сметаны положив каждому снятые с молока сливки, я еще только опустилась на свое место, а Корбу с горящими глазами уже протягивал мне пустую миску.

– Мое почтение, леди! – в его голосе сквозило искреннее уважение. – Простите мою наглость, но я бы съел добавку.

Ого! Ко мне обратились на «вы»!

Ну какому повару не будет приятна такая похвала?

Меня не часто хвалили, и оттого этот комплимент был для меня вдвойне ценен.

Я от души порадовалась, что моя стряпня пришлась по вкусу. Точно так же я радовалась во время практики в приюте, когда дети ели мое рагу или пончики с клубничным джемом.