Воин Забвения. Гранитный чертог (СИ)

В их деревне те и ночевали двое суток, пока не решили гнать найденный обоз до Лерги.

Верить старосте или нет, Хальвдан решить так и не смог. Но попытки разобраться сулились оказаться тщетными. А потому тратить время на то, чтобы вытряхнуть душу из каждого жителя деревни, представлялось делом весьма бестолковым. По уверениям старосты до места впадения Рычухи в Нейру оставалось всего-то пять-шесть вёрст пути, а потому дальше можно было ехать, не загоняя коней, но и не рассусоливая.

— Только, как переправитесь, по мосту-то, — загадочным полушёпотом добавил староста к последнему напутствию, — вы там не задерживайтесь. Дальше езжайте так долго, как сможете.

— Что так? — Хальвдан, слегка потянул повод, приструняя гарцующего Расенда.

— Нехорошие там места, воевода. С того дня, как в тех лесах вельды вырезали всю Речную деревню, совсем худо стало. Болото как сбесилось: и дождей-то особливо нет, и Рычуха сильно не разливается, а растёт и растёт. Сначала пастбища по ту сторону затопило и поля дюже хорошие, а потом и тропу старую. Скоро, глядишь, и на этот берег перекинется. Лешак там ходит да болотницы. Раньше сильно не беспокоили, а теперь, что ни лето, так люди у нас там пропадают. — Сгорбленный временем и тяжёлой работой староста пожевал губами, что-то ещё припоминая, и добавил: — Гневаются их Боги. Речного-то племени. Без молитв, без жертвоприношений. А в Забвение всё никак не уйдут.

Хальвдан терпеливо выслушал его и грозно глянул на кметей да дружинных молодцев Вако, когда те начали посмеиваться над старческой блаженностью.

— Складно ты говоришь, дед, — вздохнул он. — Слушал бы и слушал. Стало быть, мы будем осторожны.

Староста, имени которого Хальвдан, к своему сожалению, вспомнить не смог, рассеянно покивал головой и, взмахнув рукой, вывел в воздухе замысловатый знак. Тот не походил ни на один из тех, что раньше приходилось видеть у разных племён. Знать, благословил на дорожку.

Хальвдан тронул пятками бока Расенда и повёл отряд дальше — к новому мосту, который недавно выстроили лерговчане. Он оказался добротным, крепким с виду и, наверняка, потребовал от тех, кто его возвёл, много сил. Русло здесь было широким и глубоким, а потому вода текла неспешно. Мост надёжно опирался на оба берега и явно рассчитывался на весенний разлив. Сильно истоптать его за лето не успели — знать, этих мест и правда сторонились.

Когда переправились, небо уже потемнело, но из-за плотной облачной пелены по-прежнему казалось серым. С запада явственно веяло болотом, да и земля даже на значительном расстоянии от Рычухи казалась подтопленной — слишком мягкой и вязкой. То и дело островками между худосочных осин и елей росла осока. Похоже, и этому мосту долго не простоять. Как бы не пришлось на будущую весну стелить через топи гать.