Воин Забвения. Гранитный чертог (СИ)

Мне нужно с ней поговорить.

Квохар. Хальвдан усмехнулся. В этом не могло быть сомнений: его гавкающий ариванский акцент, похоже, никогда не исчезнет. Ни после долгой жизни в Хилтаре, ни здесь.

— Я передам, — обречённо вздохнула женщина.

Снова зашуршала одежда, и тяжеловатые шаги служанки стихли вдалеке. Квохар ещё немного потоптался под лестницей и тоже ушёл. Хальвдан, поразмыслив, повернул назад, уже зная, к кому пойдёт.

В конце концов, не зря Квохар наведывается к Гесте. Не иначе, в её постель. Видят Боги, это странный выбор со стороны привередливой дочери конунга. А посему, ей что-то от него нужно: трудно найти более коварное создание. В её хорошенькой рыжеволосой головке родилась уже не одна уловка, которая поставила жизнь нескольких мужчин с ног на голову. И, похоже, назревала ещё одна — не приходилось сомневаться в том, что она связана с Кириллом.

Хальвдан дошёл до другой лестницы и поднялся до покоев начальника стражи. Чаще всего они пустовали — Виген мотался по городу, без устали проверяя работу городской стражи, следил за гриднями и часовыми детинца. А к ночи возвращался в свой дом в посаде. Да и не приходилось ещё наведываться к Вигену с просьбами, но сегодня для того случился как никогда подходящий повод.

Гулко прогремев шагами по коридору, Хальвдан дошёл до светлицы и толкнул дверь, надеясь, что Виген после совета ещё не успел куда-нибудь умчаться.

Просторная комната начальника стражи, которую тот использовал только для хранения бумаг и доспехов, окнами выходила на главные ворота детинца, как на самое важное, что нужно было здесь охранять. Строгое убранство говорило о том, что Виген сам человек не слишком многословный и полностью погружённый в своё дело.

Начальник стражи сидел за столом и изучал длинные списки — похоже, с именами. Время от времени поднимал руку с пером и делал какие-то пометки.

— Можешь уделить мне толику своего бесценного времени, Виген? — Хальвдан обошёл его со спины и беззастенчиво уставился в бумаги. Тот тут же свернул их и убрал подальше от глаз. Стало быть, там указаны не только стражники.

— Ты нечастый гость у меня, Хальвдан, поэтому я слушаю тебя со всем вниманием, — легкая улыбка расплылась на лице Вигена, отчего жесткие складки на его щеках стали ещё глубже.

Иногда Хальвдан сомневался в возрасте начальника стражи: он казался довольно молодым, но вечно подозрительный взгляд и твёрдо поджатые губы говорили о большом опыте и большой ответственности, которая на нём лежала.

— Можешь считать это личной просьбой кнеза… — начал Хальвдан, усаживаясь в кресло рядом с Вигеном.

— Но это всё же твоя просьба… — прервал его тот, заставив снисходительно улыбнуться.

— Да, это моя просьба, но только в интересах Кирилла.