1984, Торговец забвением

- Он зашагал вперед, мы двинулись за ним. Механики позвали его по имени, Кен, и начали рассказывать о какой-то проблеме с осью; я же с интересом разглядывал ближнюю цистерну, которая здесь, в закрытом помещении, казалась особенно огромной.

Овальная в поперечном сечении, она надежно покоилась на шасси, отчего, как я догадался, имела смещенный книзу центр тяжести, что сводило к минимуму риск перевернуться на дороге. В задней части к кузову крепилась лесенка, по которой можно было взобраться наверх, туда, где виднелись крышки люков и приспособления для загрузки. Серебристый металл корпуса не был выкрашен, никаких надписей о принадлежности тоже не видно. Только в самом низу мелкими красными буквами значилось: «Огнеопасно».

Да и на кабине, выкрашенной в темную красно-коричневую краску, тоже не было ни имени, ни адреса, ни телефона. Цистерна сохраняла полную анонимность, как и весь остальной автопарк Чартера, в чем я убедился чуть позже. Наверняка эти меры предосторожности в течение долгих лет уберегали его от грабителей, но против внутреннего врага и предателя оказались бессильны.

- Почему… почему он сделал это? - произнес над моим ухом Чартер. Я отрицательно помотал головой, давая понять, что не знаю. - Еще малышом он был страшно завистлив. Но мы считали, с возрастом это пройдет, - он вздохнул. - И чем старше становился, тем труднее было найти на него управу. Вспыльчивый, злобный, невероятно ленивый. Я много раз пытался поговорить по-хорошему, но он только и знал, что огрызаться. Прямо руки чесались врезать ему хорошенько… - он сделал паузу, наверное, в тысячный раз пытаясь найти свою вину в случившемся, но не нашел и со вздохом продолжил: - Работать не желал. Считал, что осчастливил мир одним своим появлением и что все кругом ему обязаны. Где-то подолгу пропадал, а потом отказывался говорить, где был и с кем. И пальцем ни разу не пошевелил, чтоб матери помочь по дому. Вечно дразнил и высмеивал брата с сестрой, которые, в отличие от него, не дети, а золото. Я оплатил его поездку в Австралию и на карманные расходы тоже дал, и он сказал, что, так и быть, поедет. Я, знаете ли, почему-то надеялся, что там выбьют дурь у него из головы, - он передернул плечами. - Но то, что он мог стать преступником… прямо до сих пор не верится. Хоть и нахлебались мы с ним горя… Неужели он не понимал, что творит? Что разрушает дело, которому я отдал полжизни? А может, ему плевать? Может, он этого и добивался?…

На мой взгляд, сынок его был неисправим. И я от души надеялся, что он никогда не вернется - Ради блага самого Чартера и всей его семьи. Но как знать… Жизнь полна неожиданностей.

- Думаю, мистер Макгрегор поможет вам спасти бизнес, - сказал я, а он рассмеялся (о спасительно-переменчивый нрав!) и похлопал меня по плечу.