Забракованные

Хоть и считалось, что казна содержала подобные учреждения, фактически же те жили на вот такие пожертвования.

Король и южные лазареты во время войны тоже якобы содержал…

Мэл отвернулась к окну.

За окнами плыл Цинн, бедный и грязный в этом районе. Эйдан приезжал сюда с ней лишь раз — говорил, что у него аллергия на пыль и нечистоты, и настоятельно советовал ей получше мыть руки после посещения «столь злачных мест».

— Это не я выбрал эти приюты. — Амелия удивленно повернулась на неожиданно прозвучавший голос супруга. Она-то думала, теперь они промолчат до самого Монтегрейн-Парка. — Это Конрад. — Пауза. — Его высочество принц Конрад. Это он спонсировал эти заведения. После его смерти я просто перенял эстафету.

Верно, они же были лучшими друзьями — Монтегрейн и почивший наследник.

— Должно быть, его высочество был очень благородным человеком, — сказала Амелия.

— Должно быть, — эхом откликнулся собеседник, уже снова глядя в окно, и на этот раз замолчал надолго.

2 года спустя после начала войны

Аренор, западные земли

— Ты как? — Рэймер приподнял полог походного шатра.

Принц лежал на раскладушке в углу. Лицо бледное, лоб в бисеринках пота.

— П-порядок, — ответил Конрад с запинкой, облизнул пересохшие губы.

Монтегрейн мысленно выругался. Дал отмашку охране, что задержится, и вошел внутрь, опустил полог.

— Ты мне не нянька, — пробурчал принц, глядя на друга исподлобья."

"— А ты мне не отец, чтобы отчитывать, — огрызнулся Рэймер в ответ, подтащил к себе складной табурет с матерчатым сиденьем и сел.

Устал до одури. Бой сегодня был сложный. В кои-то веки аренорцы понесли большие потери, но и они потеряли много хороших бойцов. Повезло, что подкрепление подошло вовремя — это решило исход сражения.

Если бы ещё подкреплением руководил кто-то другой, все вообще было бы отлично…

— Бриверивз и его люди устроились? — Конрад приподнялся на локте. Очевидно, сил сесть у него не нашлось.

Монтегрейн поморщился, плеснул себе в кружку воды из оставленного на столике кувшина. Только он мог вести себя в шатре наследника столь по-хозяйски.

— Да, — сказал, сделав большой глоток. Вода пахла плесенью, но тратить резерв для ее очистки было бы неосмотрительно. Уже несколько месяцев никто не заморачивался вкусом и запахом, экономя силы и амулеты. — Все нервы вымотал: раскладушка кривая, шатер маловат, еда отвратная.

Никто не заморачивался — кроме Эйдана Бриверивза, полагающего себя центром мира. За годы их знакомства ничего не изменилось: тот как был мразью, так и остался.

— Пусть, — отмахнулся Конрад. — Он привел много сильных бойцов, за это я готов простить ему многое.

Рэймер бросил на друга тяжелый взгляд и промолчал. Он сильно подозревал, что заслуги Эйдана в подготовке его людей не было и на медяк.