Забракованные

— Старик болен, сколько себя помню. Вот увидишь, он всех нас переживет.

— Хорошо бы, — пробормотал друг.

Об отношении к Монтегрейну нынешнего наследника тот знал не понаслышке — имел удовольствие присутствовать при личном визите его высочества в Монтегрейн-Парк в прошлом году.

Рэймер был с ним согласен: из двух зол престарелый Роннер Третий был злом меньшим. И не только для него лично — для всей страны.

Монтегрейн забрался в седло.

— Поехали, — мотнул головой в сторону поместья. — Нам ещё до ночи рассчитывать потери.

— И думать, кому еще можем предложить сотрудничество, — в тон ему отозвался Дрейден. — Сильно подозреваю, эти «отказники» не последние.

— Даже не сомневаюсь, — вздохнул Рэймер, потрепав коня по холке и направляя к дому.

Если Гидеон закусил удила, вряд ли он остановится.

* * *

Прогноз «до ночи» оказался оптимистичным — закончили за полночь. Лана и Дана, по очереди, приносили в кабинет и обед, и ужин. Новоявленная женушка трапезничала в столовой одна. Ну да боги с ней, сейчас Рэймеру точно было не до нее.

Отказавшиеся от дел с ним закупщики были одни из самых крупных. Первый со своим десятком коней, конечно, не в счет. А вот остальные два, которые даже не соизволили сообщить о прекращении многолетних деловых отношений лично, а прислали поверенных, со своим уходом оставляли в бюджете значительную брешь. Если король решит поднять налоги, а теперь это было уже ожидаемо, придется туго.

Монтегрейн скрипнул зубами и захлопнул отчетную книгу. Откинулся на подголовник кресла и прикрыл глаза.

— Готов? — хмыкнул сидящий с противоположной стороны стола Дрейден.

— Угу. — Все еще не поднимая век, Рэймер устало потер переносицу. Перед мысленным взором так и летали столбцы неутешительных цифр. Чтобы его разорить, Гидеону, ясное дело, придется предпринять что-то посерьезнее, чем отпугивание деловых партнеров, но удар он нанес весомый. — Иди спать. — Монтегрейн заставил себя распахнуть глаза и сесть прямо.

Друг покосился на него с сомнением.

— А ты?"

"— Я тоже сейчас пойду.

Дрейден не заставил себя упрашивать — последние часа два он уже откровенно зевал. А Лана, не менее откровенно, каждую четверть часа заглядывала в кабинет, интересуясь, не нужно ли им чего. Кристис поглядывал на нее, скользя голодным взглядом по ладной фигуре, горько вздыхал и говорил, что они ещё не закончили. Рэймер тактично делал вид, что ничего не замечает.

Когда друг вышел, Монтегрейн с облегчением выдохнул и принялся разминать затекшую от долгого пребывания в одном положении ногу. Кристис отчего-то не хотел демонстрировать свои отношения со старшей горничной, а Рэймер не желал лишний раз показывать свою слабость. Так что в расчете.