Заберу твою жену

Позволяет самой расстегнуть ширинку и освободить тугой, тяжелый член.

- Миша именно этого от тебя и хотел.

Нужно остановиться. Нельзя вот так сильно хотеть незнакомого мужчину. Нельзя позволять ему пользоваться собой. У меня уже есть один «хозяин». Второй точно не нужен.

- Тогда не будем его разочаровывать.

Аристархов ловко раскатывает по стволу неизвестно откуда взявшийся презерватив и злым поцелуем глушит любое «нет».

Глава 22

Глава 22

Катя

- Глеб... – я хрипло стону ему в рот и больше не сопротивляюсь.

Сознательная часть меня бессовестно отключается. Остается только чувствующая – одурманенная адреналином, ароматом сильного мужского тела, сбитая с толку диким сходством с другим и чем-то еще.

Это что-то превращает тело в проводник. Я ощущаю дикое возбуждение Аристархова. Меня буквально сбивают с ног волны желания, которые исходят от этого мужчины. А внизу живота горячей воронкой закручивается жгучая потребность в большем... в самых интимных прикосновениях, в глубоких толчках и заполненности.

Первый!

Раз!

В жизни!

От такого открытия чуть не плачу.

Мне двадцать четыре. Больше четырех лет я мама. Пять лет замужем.

Успела стать идеальной женой. Освоила этикет бандитской подворотни и дипломатический протокол. Научилась разбираться в винах и коньяках, в сортах кофе и табака. Зазубрила имена всех нужных мужу чиновников, их жен, любовниц и клички собачек.

Чтобы выжить среди гиен, я превратилась в самую удобную жену на свете. Верную, послушную и незаметную.

За пять лет я выдрессировала себя терпеть оскорбления и секс. Ради сына я стала прилежной ученицей во всем. Но желание... животное, сексуальное, от которого дрожит все внутри... До этого момента я не знала, что это такое.

И в фантазии не представляла, что могу так сильно хотеть, так остро чувствовать и шизеть от движений требовательного языка во рту и прикосновения головки члена к чувствительной плоти.

Несмотря на долгую ночь с Германом и десятками ночей с мужем нутром, женским естеством я умудрилась остаться девственницей.

Траханной, но не любленной.

Опытной, но невинной.

- Открой глаза, девочка! – Аристархов подхватывает меня под ягодицы и поднимает на уровень своей талии.

- Не буду. – Зажмуриваюсь до рези в глазах.

Мне не нужен этот мужчина!

Сейчас я хочу видеть перед собой другого. Того, кого уже нет в живых."

"- Быстро открыла! – Мерзавец снова впивается в губы.

Насилует мой рот своим языком. Вытягивает всю волю. Стирает мысли. Целует так зло и одержимо, что крыша с диким треском летит вниз.

- Пошел к черту! – Рычу как раненая зверушка.

- Давай, запоминай это лицо. Запоминай, кто тебя трахает.

Чудовище резко опускает меня на член. Проталкивает свою здоровенную штуковину так глубоко, что перехватывает дыхание.

- Стоп! Стоп...