Забава для мажора

После вкуснейшего ужина Костян предложил посмотреть фильм. Я сгонял в машину за ноутбуком и вот уже второй час мы дружно делаем вид, что увлечены происходящим на экране.

Затащить Лию на руки оказалось делом нелегким. Кнопка очень стесняется проявления чувств на публике. Хотя могла бы еще днем понять: никто не обращает внимания или не покажет вида. Тем более, Ольга с Костяном, которые просто не отлипают друг от друга.

Даже сейчас, пока я целомудренно приобнимаю златовласку за талию, друг успевает сорвать с губ своей девчонки пару поцелуев.

— Спит?

— Угу. Устала.

— Я с Ольгой лягу. Вы как хотите.

Костя подхватывает свою задремавшую заучку, которая сонно бормочет какие-то ругательства, и несёт её в комнату, где Ольга оставила вещи.

Меня же моя девочка предупредила, что спать мне на этом самом диване. Ну что ж. Главное, она рядом.

Несу свою малышку в её спальню. Аккуратно кладу на узкую кровать, и хочу уйти, но она сонно смыкает руки на шее, не давая выпрямиться.

— Провокаторша, — шепчу еле слышно.

Ладно, от пятнадцати минут рядом ничего не случится, а будить её не хочу. Укладываюсь кое-как рядом, притягивая крошку к себе. Она идеально помещается на моей груди. Словно природа сняла мерки и создала её под меня. Настолько мы совпадаем, что становится страшно.

Вдыхаю знакомый запах цветочного шампуня, невесомо поглаживаю по спине и не замечаю, как отмеренные самим себе минуты превращаются в часы.

— Ммм, — звучит под ухом.

Открываю глаза, не сразу понимая, где мы. Однако то, что руки крепко прижимают к себе любимую, осознаю. Это уже на уровне инстинктов.

— Лий, всё хорошо?

— Жарко, — шепчет малышка, не открывая глаз.

Раскутывается, но не делает попытки отстраниться. Напротив. Прижимается ещё ближе.

Пусть во сне, пусть она не понимает, что делает, но она тянется ко мне.

Целую малышку в макушку и прикрываю глаза. Теперь меня отсюда и под дулом пистолета не выгонишь.

— Тёёёём, — удивленный голосок будит второй раз. И не скажу, что это пробуждение менее приятное, чем ночное. Кудрявая голова на груди, только руки не обнимают, а сжаты в кулачки. — А что ты… мы… ?

— Мы, мы, — смеюсь. — Я тебя перенес на постель, а ты не захотела отпускать. Наверное, боялась одна, признавайся?

Обожаю смотреть, как румянец заливает её щеки. И сейчас наслаждаюсь этим моментом. Собираю волосы в хвост и тяну так, что на меня посмотрела. Дух захватывает. Раньше считал, что все эти выражения про дух и душу в пятках — ну так, для красного словца. А сейчас научился понимать. И как душа замирает от нежности либо от беспокойства. Как шестое чувство срабатывает на опережение. Мало какой пацан признается в том, что мечтает влипнуть в любовь. И я не мечтал. Не желал и не хотел.

Но попав, не жалею ни единой секунды.