Замуж за незнакомца

Ешь, это правда хорошо.

Кирилл улыбается, но в глазах его застыл лёд. Он будто бы рядом, но бесконечно далеко отсюда. Я понимаю, о чём думает, и мне немного страшно от осознания, что будет с Рустамом, если Кирилл до него доберётся. А в этом я не сомневаюсь, Раевский упорный, а ещё злой и скорый на расправу – в ушах до сих пор стоят звуки выстрела.

Кирилл первым пробует свой суп, удовлетворённо глаза закатывает. Недоверчиво делаю то же самое, но суп и вправду оказывается очень вкусным. С порцией расправляюсь быстро, и следующим приносят запечённую в банановом листе пряную рыбу, такую нежную, что можно есть губами.

– Я не могу больше, – прошу пощады, когда живот переполнен самой вкусной в моей жизни едой.

Кирилл смеётся, называет меня “чудной девочкой” и снова что-то печатает в телефоне. Он весь в делах и заботах, пусть и пытается поддерживать разговор, быть живым и даже беззаботным. Последнее у него получается хуже всего – у счастливых и беззаботных не бывают такими глубокими складки между бровей.

– Теперь к океану? – Кирилл откладывает телефон, оплачивает счёт и ведёт меня наконец туда, где бьётся живое сердце стихии – на берег.

Первым делом я снимаю обувь и ступаю на шелковистый светлый песок. Он приятно греет натруженные многочасовой ходьбой ноги. Ощущения потрясающие, совсем другие, не похожие на те, что испытывала, когда ездила на привычные курорты Чёрного моря.

Океан совсем рядом. Я бросаю вещи и, замерев на секунду, вдыхаю полной грудью пропитанный солью воздух. Жмурюсь, счастливая, улыбаюсь и, раскинув руки в стороны, просто бегу вперёд. Плевать, какой глупой могу показаться со стороны. Меня не волнует, что кто-то может подумать обо мне, когда по колено вбегаю в тёплую воду. Мочу юбку, ткань липнет к коже, обтягивает “чулком” ноги. Я наклоняюсь, набираю полную пригоршню белоснежной пены, но разве можно удержать в руках то, что намного древнее и мудрее жалкого и слабого человека?

Прикладываю руку козырьком ко лбу, осматриваю забитый туристами пляж, а увидев Кирилла, зову к себе.

– Тут здорово, Раевский! – кричу, испугав какую-то птицу. Она взмахивает крыльями и летит прочь, крича громко.

Кирилл идёт ко мне, заложив руки в карманы. Ветер треплет расстёгнутую рубашку, поднимает ткань за спиной парусом, а я рассматриваю литые мышцы под смуглой кожей. Несмотря на жару, я вся, с головы до ног, покрываюсь мурашками.

Скрывая неловкость, брызгаю водой в Кирилла.

– Перестань быть таким идеальным, – говорю, обливая его водой, а он удивлённо смотрит на меня, останавливаясь в шаге.

– Знаешь ли, к красивому мужику сложнее испытывать негативные эмоции, – замечаю, шутя, а Кирилл выбрасывает вперёд руки и подхватывает меня в воздух, несмотря на моё сопротивление.