Замуж за незнакомца

Нам надо сделать миллион красивых фоточек для инстаграма, – смеюсь, проворачивая в голове разные варианты. – Для всех мы будем счастливыми молодожёнами, которые проводят время, валяясь под пальмами. С остальным разберёмся после.

Первым делом мы отправляемся на азиатский рынок, и от красок в глазах рябит. Покупаю себе платок, расшитый местными умелицами, и выходит до смешного дёшево за такую-то красоту. Лёгкая ткань струится между пальцев, национальный узор хочется рассматривать бесконечно, что я и делаю, пока Кирилл покупает целую сумку экзотических фруктов.

Фотографируемся практически у каждого прилавка, у любого мало-мальски симпатичного столба. Я то накину платок на плечи, то волосы распущу, а то и косу заплету – всё, чтобы фотографии казались разными, сделанными не в один день. Через несколько часов блужданий, моя кожа краснеет, и это тоже в плюс – я безоговорочно принимаю правила игры, понимая: так надо. Кирилл полностью прав, нам нужно алиби, и эта авантюра даже веселит.

Утрись, Алиев и все ему подобные!

Вскоре у меня не только ноги ноют, а ещё болит лицо от широких улыбок. Продавцы щебечут на ломаном английском, желают счастья и наперебой предлагают купить у них хоть что-то. Я не могу устоять, и скоро к платку добавляются плетеная сумка, яркие тапочки и узорчатый топ. А ещё я покупаю маленькую фигурку местного божка для Кати. Говорят, он способен подарить своему владельцу ясность разума, а этого моей подруге очень не хватает.

– Вон, смотри, – Кирилл дёргает подбородком в сторону расписного шатра. Над входом табличка, и, если верить кривым буквам, внутри живёт магия. – Местная экзотика. За три доллара обещают всё будущее расписать.

– Ты веришь в магию? – недоверчиво смотрю на Кирилла, а он смеётся.

– Шутишь? Нет, конечно. Но это неплохое развлечение для туристов.

– Я пойду, – решаюсь, а Кирилл плечами пожимает.

Внутри шатра сумрачно, пахнет благовониями, а отблески красного света создают атмосферу загадочности. Невысокая женщина в ярком халате поднимается навстречу и, сложив руки под подбородком, почтительно кланяется. У неё раскосые красивые глаза, ласковая улыбка, а на запястьях с десяток браслетов, создающих мягкую мелодию, стоит женщине взмахнуть рукой.

Идея зайти сюда кажется мне безумной, но и уходить не хочется. Зачем я пришла? Неужели действительно верю во всю эту чушь?

На моё счастье, гадалка сносно говорит на английском. Просит присесть на низкий пуф у круглого столика, на котором стоит магический шар, лежат чётки и какие-то камушки.

– Задай себе мысленно самый главный вопрос, – просит, занимая место напротив. – То, что мучает. Что спать мешает. И дай мне свою руку.