За руку с ветром

В какой-то момент я застыла, глядя в серое небо и беззвучно благодаря за спасение Дэна, отмерев лишь тогда, когда услышала шаги мамы.

Даже если ты безразличен любимому человеку до омерзения, его благополучие и его жизнь остаются для тебя величайшей драгоценностью.

Я никогда не пойму людей, живущих по принципу «или мой, или ничей» – это не любовь к кому-то, это самовлюбленность.

* * *Госпожа в шляпке с вуалью была полностью согласна с обессиленной Машей. Она сидела на крыше ее дома и смотрела то на горизонт, то на длинные бордовые ногти, в которых отражалось звездное августовское небо и Млечный Путь, хотя здесь, над этим городом, небеса были затянуты дождевыми тучам. Ревность была лишь одной из ее многих ипостасей.

«Всего лишь какой-то удар ножом вместо гибели в авиакатастрофе – не это ли есть большая удача? Вы обе, как вас там он называет, Лазурная, Черная, я выполнила уговор, подарила мальчишке достаточно удачи, чтобы ему не только завидовали, но и восхищались», – подумала прекрасная и одновременно пугающая женщина, теперь уставившись только лишь на свой простой серебряный перстень с выгравированной буквой «с» на черном камне без бликов. Рядом с Дэном она появилась лишь еще дважды.

То ли смерть, то ли судьба, то ли незримое и неделимое единство этого.

* * *Следующие несколько дней были одними из самых странных в моей жизни. Я никогда еще столько не валялась на своем диване, делая вид, что у меня болит голова и что я сплю или читаю электронные книги, хотя на самом деле я просто лежала и думала, думала, думала… Родители косо на меня смотрели, мама постоянно пихала какие-то таблеточки и какие-то свои, как она говорила, «капельки», папа в те редкие часы, когда он находился дома, хмурился, пытался разговорить и даже сказал мне вдруг, что не мешало бы позвонить Денису. Это же сказал и Федька, у которого предстоящая свадьба окончательно выела весь оставшийся в богатырской, богатой костью черепушке мозг. А я, правда, хотела позвонить Лаки Бою. И потому что соскучилась, и потому что продолжала бояться за него – вдруг со Сморчком что-то еще случиться, а я не буду в курсе? Но набрать его номер и тем более сказать, что я счастлива до полубезумия, что он жив, я не могла. Не могла, и все тут."

"Потому что он лгал мне. Хорошо, первый раз, когда мы стали партнерами, дурацкими Чипом и Дэйлом, он лгал, потому что хотел помочь Ольге, да и ложь эта была незначительная. К тому же он сам вскоре сознался, что не любит Тролля, однако, умолчал, что это она просила его о помощи – дал ей слово все сохранить в секрете. Я в тысячный раз предположила, что было бы, если Дэн сказал мне всю правду тем майским солнечным днем. Тогда еще я бы никогда не поверила, что Никита, мой на тот момент идеал, – преступник и отменный козел.