Великий маг, вернувшийся за ней

Без приданного и без титула. Что мигом лишит тебя всех поклонников. — Он смотрел на меня свысока. И полу сюртука министр отогнул несколько картинно, после чего вытащил сложенный листок и протянул мне. — Это, разумеется, копия, но оригинал и показания заинтересованных свидетелей сделают своё дело. И, кстати говоря, твоя полезность в этом заговоре сойдёт на нет, ведь показания самозванки не будут стоить ровным счётом ничего.

Ещё более заинтригованная, я взяла бумагу из его рук и развернула.

«Мама, прости, я так больше не могу!» — шло с самого начала, и я исподлобья глянула на министра.

— Это нашли в документах твоей матери. Я безусловно рад, что в итоге у тебя всё получилось и до яда дело не дошло.

Ведомая любопытством, я в притворном волнении прикусила губу и продолжила читать.

Какое слабое дитя: у неё был дом, любящая мать, еда на столе, слуги, титул и внешность, которой она могла устроить себе жизнь, а она предпочла сдаться.

Нет, я просто не могла такого понять. Да и на волшебстве свет клином не сошёлся, в этом мире большая часть людей не маги и живут же. Я покачала головой, но зато теперь стала понятнее уверенность министра в том, что магом я стала благодаря неким практикам, ведь в письме есть фраза «Может, я слишком глупа или это судьба, но я остаюсь обычным человеком». Как будто Лилиан и правда что-то делала, но тщетно. За этим, кстати, могла скрываться неудача в создании кругов магии: даже если отец этой девушки достал инструкцию вроде той, что была у Армана, самостоятельно освоить эту науку слишком сложно.

— Это ничего не доказывает, — я протянула копию письма министру.

— Так же, как и твой рассказ о побеге короля, — он с холодной улыбкой принял лист и сложил его, прежде чем убрать за пазуху. — Любые свидетельства могут быть как правдивыми, так и ложными, зависит от того, как всё обставить. Достаточно, чтобы в суде опекун тебя не признал, и всё, ты больше не герцогиня Лилиан, а неизвестная авантюристка. И можешь мне поверить, виконт дирра-Валар скажет то, что я прикажу.

У меня дёрнулся уголок губ, и я не удержалась от вопроса:

— А что, если герцогиня Лилиан покончила с собой, а я просто назвалась её именем?

Министр даже бровью не повёл:

— Я понимаю нежелание делиться секретом усиления магии, но это твой единственный шанс на спасение.

— Вы не боитесь, что я окажусь сильнее вас и сбегу?

— Судя по моим расчётам, у тебя только недавно получилось освоить метод, и он требует времени. К тому же, какой в этом смысл? Сбежишь — потеряешь и статус, и имущество.

Откинувшись на спинку стула, я оглядела этого холёного мужчину: какой же он самоуверенный.

— Если переживаешь о своей безопасности, — он искривил губы в лёгкой улыбке, — могу жениться на тебе.