За тридевять земель (СИ)

Демонстративно взмахнув хвостом и поморщившись, когда он с влажным плюхом хлестнул её по спине, девушка поставила возле Гриши баклажки и предложила:

— Ну, идём прямо сейчас?

Григорий сгрёб вожделенный напиток и, пытаясь встать с занятыми руками, согласился:

— Идём. А куда?

Василиса задумалась, потом начала истерически хохотать, отступила на шаг назад, споткнулась, и свалилась чуть ли на колени к Грише. Он ловко перехватил девушку в полёте, усадил рядом и, дождавшись, когда она немного успокоится, спокойно поинтересовался:

— И что я смешного сказал?

— Это не ты — смешного, это я только сейчас сообразила, что не знаю, куда идти. Отправились бы сейчас в никуда.

Гриша почесал затылок:

— Да, проблема. Я так понимаю, что ты можешь переноситься только туда, где уже была?

Василиса неуверенно кивнула:

— Вроде бы, да. Хотя в Лисс я как-то попала, просто по названию. Правда, в детстве я чуть ли каждую здешнюю улочку знала и описать могла, пожалуй, лучше, чем переулки по дороге в школу. Наверное, нужно или побывать там, или видеть. Ну, ты понимаешь…

— Понимаю. Единственное, что придумывается — я тебе нашу деревню опишу."

"— Так нам не в твоё Крёкшино нужно, а в то место, откуда ты сюда попал.

Гриша замялся, и начал невнятно объяснять, что на сказочной стороне — тоже вроде бы как их деревня, родственники живут, и народ время от времени туда-сюда ходит, но редко — только когда у лешего настроение хорошее.

Василиса, отстранившись от Гриши, сухо спросила:

— И ты ходил? Туда-сюда?

— Ну, да.

— И никому не рассказал?

— Так как-то у нас не принято о таком рассказывать.

— Понятно. И после этого ты Ингу обвиняешь, что она тебе про хутор не рассказала? А ты нам — не слова, даже когда мы в этот сказочный тур отправились.

Гриша сделал наивное лицо:

— Так меня никто не спрашивал.

Но Василиса отступать не собиралась:

— Ты мне тут Чука с Геком не изображай — «нас не спросят — мы не скажем». Не ты ли несколько раз декларировал по поводу «правды, всей правды и ничего, кроме правды»?

Ответ заставил девушку пожалеть, что она вообще затеяла этот разговор:

— Есть разница между сохранением чужих тайн и откровенным враньём. Да, я с детства ходил в Тридесятое царство, и с Галем знаком лет с десяти, когда они с отцом к нам приплыли ещё на старой шхуне, «Морском коньке». А теперь он сам из нашего мира контрабанду возит. Тебе-Хранительнице я это могу рассказать, а остальным — нет. И за Ингу не переживай, разберёмся.

Помолчав, Григорий добавил:

— У тебя теперь ведь тоже секреты есть, о которых всяким разным знать не положено. Вот я о них и не спрашиваю. И о Максе не спрашиваю.

Василиса пожала плечами:

— Да секретов особых нет. Приключений за последние два дня набралось — на полжизни бы хватило.