За тобой

У тебя есть какая-то особенная причина волноваться на этот счёт?

— Что? Нет, конечно! — поморщилась Бэлла.

— Врёшь ты всё. Ну да ладно.

Спорить Бэлла не стала, отвлеклась на сына, который вдруг ни с того ни с сего разревелся. Подхватила на руки, стала утешать.

— А зачем мне встречаться с этим инициатором программы? Он кто такой вообще?

— Да так. Психолог. Говорят, весьма толковый мужик. Среди начальства пользуется большим уважением.

— Ну, ещё бы. Иначе он бы со всеми этими прогрессивными идеями был послан сразу.

— Вот именно. Считай, тебе выпал шанс поработать с коллегой. Ты же на психолога училась, я ничего не путаю?

Ну вот! Он и об этом знал… Бэлла неопределённо повела плечом. Почему-то даже в том, что она получила образование, сознаваться было неловко. Будто в глубине души она и сама не верила, что этого достойна.

— Вряд ли моё мнение будет иметь для него хоть какое-то значение.

— Значит, ты согласна?

— Я была согласна с самого начала, — проворчала Бэлла, — ты мог не тратить время и не приезжать. Тоже мне…

— Ты что, меня выгоняешь? — сощурился Мурадов.

— Да нет же!

— Ну вот и всё. Проехали.

— А когда ты хочешь начать?

— Тут я без понятия. Когда в конторе дойдут — с тобой свяжутся.

Постепенно разговор с дела переключился на вполне обыденные темы, а чуть позже, когда они вроде бы всё-всё обсудили, сошёл на нет. Мурадов засобирался домой. Как и положено хорошей хозяйке, Бэлла вышла его проводить. Дождалась, пока тот обуется, открыла дверь и едва не столкнулась нос к носу с Гройсманом.

— Ой!

— А я как раз палец к звонку поднёс… — улыбнулся он.

— Привет!"

"— Привет, — повторил Давид, купая её в ласковом взгляде, который, впрочем, очень скоро заиндевел, скользнув куда-то чуть повыше плеча.

— Мой друг — Родион Мурадов, — спохватилась Бэлла. — Родион, это мой сосед. Давид Ефимович.

Отступила на шаг, не уверенная, что Давид пойдёт за ней следом. Но тот, пусть и неохотно, пошёл. И протянул ладонь Мурадову.

— Па-па! Па-па! — радостно закричал Родька младший, бросаясь со всех ног в руки Гройсмана. У Бэллы комично отъехала челюсть. Бровь Мурадова изогнулась дугой.

— Привет, сынок.

— Па-па!

— Хм, — чувствуя, как в ушах барабанит кровь, Бэлла попыталась оторвать сына от ноги соседа, за которую тот вцепился.

— Давид Ефимович наш сосед.

— Да, ты уже сказала, — гаденько улыбаясь, заметил Родион, вызывая у Бэллы нестерпимое желание его пнуть. Весело ему, видите ли.

— Бэлла, оставь парня в покое, чего ты к нему пристала? — возмутился Давид в ответ на её попытки оттащить ребёнка. А сам — зырк на Родиона.

— Ну, я пойду. Спасибо за всё, было как всегда вкусно. — Родион наклонился и чмокнул Бэллу в щёку. «Да что с ним такое вообще?!» — подумала та.