Тень за троном

А фамилии и язык… Да они еще сами попросятся русскими стать!

Швед, датчанин, немец…

Наводит на размышления, верно? Не важно, кто ты. Важно – какой.

– Милая, радость у нас!

Марфа искренне удивилась. Какая радость вдруг случилась?

– Я письмецо получил. Фамилия Ракоци тебе ведь знакома?

– Ференц Ракоци еще мал, чтобы письма писать. Мать его Илона отписать решилась?

– Умничка ты у меня.

Михайло посмотрел на жену с искренней любовью. И красавица: после четырех родов не располнела ни на грамм, кожа по-прежнему бархатистая, волосы черные, глаза – утонуть можно, и умница. Вот с кем бы он так еще поговорил? Советника завел? Или любовницу? Нет уж, лучше гадюк завести, те, может, и не покусают.

– Решилась, да еще как. Предлагает мне личный вассалитет.

Понятное дело, для Марфы сие не новость, Софья еще когда отписала. Но изумление было сыграно на «отлично».

– Соглашаться будешь?

– А и соглашусь. Леопольд, конечно, взбесится, но я туда Яна потихоньку отошлю, пусть новые границы защищает.

– Там и свой герой, кажется, есть. Текели?

– Есть такой. Илона Зриньи за него замуж собирается.

– Сильная связка получится.

– Но полезная. И мы территорией прирастем, и им защита. А там видно будет. Может, и сыну моему присягу принесут. О русских они очень хорошего мнения, а ты, дорогая моя супруга…

– Постараемся их не разочаровать? К тому ж у Илоны вроде как и дети есть. И наши…

– Надобно это бы обдумать.

Муж и жена обменялись нежными улыбками. А после того как Михайло ушел, Марфа быстро набросала записочку Софье. Она не сомневалась, что у той на детей Ракоци есть свои планы. И не хотела ни сорвать их, ни перебежать сестре дорожку. Ни к чему ей такие кошмары.

Да и потом… У нее с Михайлой уже и мальчики есть, и девочки. Как сестра скажет – полезный брачный ресурс. А у Илоны двое детей. Может, поделить их? Одного ребенка на Русь, второго – им? Стерпится – слюбится, потом дети пойдут…

Политика в действии.

Царевна Софья Алексеевна в это время гостила в Университете, беседовала с Исаком Ньютоном. И рассказывала ему то, что сама помнила о генетике и наследственности. Горох с желтыми цветами, горох с зелеными цветами, цвет глаз, генетические нарушения, близкородственные скрещивания…

Кое-что он даже записывал, размышлял, задавал вопросы. И самый простой:

– Государыня, а для чего вы это рассказываете?

– А для того, сэр Исак, чтобы в Университете было и это направление. Вы в курсе, что творится сейчас в Испании? Знаете о трагедии короля Карлоса?

Знал. Об этом только ленивый не знал.

– Я хочу, чтобы в Университете был факультет… пусть несколько человек… которые будут заниматься только этим. Есть же и такие, кто внимателен? Умен, прилежен, но не способен на полет фантазии? Есть наверняка.

Ньютон кивнул, соглашаясь.