За миг до полуночи

Люди неблагодарны. Не надо думать, что Ада после этого будет руки тебе целовать. Скорее, напротив. Ты станешь для нее врагом на всю жизнь.

– Вот увидишь. Впрочем, тебе это будет тяжело. За что люблю тебя, Люся, так это за твое доброе сердце. Знаешь, сейчас всяких можно найти. Блондинок, брюнеток, белых, черных, маленьких, высоких. Образованных, интеллигентных, говорливых, или же, напротив, молчаливых. А вот где найти добрых? А? За какие деньги? Нет таких денег. Вот и получается, что ты, Люся, уникум. Бриллиант чистой воды. На вот.

И Петр Рябов протянул жене бархатную коробочку, буркнув:

Люся открыла и ахнула: в коробочке было колье. Сверкнул огромный изумруд, и она невольно зажмурилась. Красота-то какая! Очередной год Петр Николаевич Рябов завершил с прибылью. Первое, что он сделал, подбив итоги – купил подарки жене и дочери. Люся со вздохом закрыла коробочку, подняла на мужа печальные глаза и спросила:

– Я не понял: тебе подарок понравился?

– Очень, Петя! Очень! А как же Ада?

– Ты неисправима, – покачал головой Петр Рябов. – Пусть с десятого числа выходит на работу. Адрес он знает.

Так началась эпопея «Рябов – Лопухин». Если бы Люся знала тогда, во что втравила любимого мужа! Надо было поступить так же, как в свое время с Наей. Мир между ней и Петей дороже всего на свете. Но кончилось тем, что, стряхнув меланхолию и справившись с новогодним похмельем, Вячеслав Лопухин надел дорогой костюм, полил себя одеколоном и десятого января поехал в офис Петра Николаевича Рябова…

Наше время 27 августа, за полночь

– Значит, Людмила Федоровна хлопотала за подруг, – сделал вывод Алексей, когда Сажин закончил свой рассказ. – А почему? По доброте душевной, или… Ее шантажировали?

– Вы думаете, что Люся могла оставить в роддоме ребенка? – возмутился Сажин. – Не верю! И что она – жертва шантажа. Не могу в это поверить! Только не Люся! Это же чистейший человек! Кристалл!

– Кто из нас в молодости не совершал ошибок? Им ведь было по восемнадцать лет. Вы же не знаете наверняка, кто его мать. Мо… Матвея. Я полагаю, что Наина Львовна в деньгах не нуждается, – осторожно сказал Леонидов. – Она шантажом заниматься не будет. А Ада Станиславовна?

– Вот видите! – обрадовался Алексей. – Вы молчите!

– Я понимаю, что должен быть повод. Чтобы скрывать историю, все сроки давности которой уже вышли. Это произошло, скорее всего, потому, что Мо… Матвей вдруг захотел узнать, кто его родители. Я полагаю, сегодня бы все и разрешилось. Если бы не убийство Лопухина. Все ведь к тому и шло. Должен был наступить момент истины. В полночь, как я полагаю. Они бы не выдержали и признались.

– А как все было? – подался вперед Алексей.