За пазухой у дракона (СИ)

  Это должно было быть радостное, долгожданное событие, знаменующее собой приход новой эры. Времени, когда ведьмы и некроманты будут жить в мире, и у них будут появляться удивительной силы дети, подобные Антии.

Наша малышка…

Закрыв глаза, я мысленно представила, что нахожусь сейчас рядом с ней в такой трудный и ответственный момент. Обнимаю и поддерживаю своей любовью. Если бы я только могла. Я бы жизнь отдала, лишь бы малышка не пострадала. Она еще так мала, выдержит ли инициацию? По силам ли ей это?..

— Быстрее, быстрее, быстрее!.. — Фабио пританцовывал внизу от нетерпения. — Скорее уже!!!

Ведьмы закончили песнь и вскинули руки и головы. Сильный порыв ветра, идущий будто из сердца магического кокона, растрепал и смешал их волосы: седые, золотые, рыжие… Все затаили дыхание. А кокон стал разматываться — нитка за ниткой, крутясь на месте, словно веретено. Внутри, сложив руки на груди, висела в воздухе Антия. Глаза ее были закрыты, а на бледных обычно щеках цвел румянец. Она будто бы спала, крепким и безмятежным сном ребенка.

Тот же теплый поток воздуха опустил ее на пол, в центр пентаграммы. И меня тоже, чем я не преминула воспользоваться. Руки и ноги затекли и не слушались, но я подползла ближе и, уложив Антию к себе на колени, провела по ее волосам.

Бэлтрен дернулся, но Фабио взмахом лапы приказал ему оставаться на месте.

— Очнись, милая, — попросила я, проводя ладонями по щекам Антии. — Я так сильно люблю тебя, малышка. Моя маленькая доченька.

Дивные глаза болотного оттенка распахнулись и уставились на меня немного удивленно. Густые, как веера, реснички похлопали, и вот Антия произнесла первые внятные слова:

— Я тоже люблю тебя, мамочка… Очень-очень. И папу Бэлтрена. И матушку Грэси. И Локо, и Тучку…

— Довольно! — оборвал волшебный момент Фабио. — У меня нет столько времени на болтовню. Пой, мелкая! Пой для меня!!!

В этот момент Бэлтрен ринулся вперед, отгородив меня и Антию от Фабио. Но тот приготовил неприятный сюрприз на такой случай. Откинув ненужные крылья за спину, он продемонстрировал тщедушную грудь, увешенную магическими талисманами и амулетами. Целую жизнь надо потратить, чтобы собрать такое количество артефактов. Имея скудный запас собственной магии, Фабио рассчитывал на чужую, накопленную годами.

Между ним и Бэлтреном завязалась драка. И это был не дружеский турнир, как в случае с Селсо. Здесь в ход шли запрещенные заклинания и приемы. Огненные снаряды, шаровые молнии, порывы ветра и ледяные кубы сменяли друг друга в бешеной очерёдности. Башня пропиталась магией и подрагивала. Бэлтрен одновременно атаковал и укрывал магическим щитом нас с Антией и ведьм. Фабио отступал, следя за тем, чтобы лапы дракона не дотянулись до его амулетов. Без них он ничто, просто старик, выживший из ума.