За нейтральной полосой

Некоторое время жил в Париже, где познакомился с Карлосом, потом, по рекомендации того же Карлоса, проходил дополнительное обучение в Ливии, дальше – опять Париж, где он знакомится с мадам Джиндан и даже около месяца живет с ней, и вскоре – Соединенные Штаты... Но далее в постоянных связях с террористами замечен не был. В Штатах занимался небольшим бизнесом. Выпустил три книжки. «Психоанализ в производственных отношениях». «Психоанализ для руководителей фирм». «Психоанализ для наемных работников». Я прочитала все три. Довольно интересно, хотя и спорно. В частной практике особых успехов не достиг, хотя попал в Штаты в период расцвета психоанализа, сколько-нибудь значительный капитал не сколотил, но стал так называемым средним американцем. Незаметным, добропорядочным, уважаемым. Получил, разумеется, гражданство.

Таку ставит на колени и открывает свою объемную сумочку, которая больше напоминает портфель бухгалтера, и вытаскивает пакет с фотографиями.

– Вот и сам Осаку. Полюбуйтесь. Снимки разных лет из тех, что нам удалось различными путями, правдами и неправдами, как говорится у русских, добыть. Искали и в Америке, и в Японии, и даже в Париже. Есть даже один ливийский снимок...

Она раскрывает конверт и передает снимки Александру. Тот смотрит долго, стараясь понять человека, существование которого предвидел, даже не зная его самого, – лицо без выраженных пороков, скорее доброе, умное, понимающее. Но на всех снимках настолько одинаковое по выражению, что создает впечатление маски.

Он передает несколько фотографий жене и начинает просматривать другие. Александра смотрит, слегка кашляет, прикрыв рот кулачком, кладет фотографии на стол перед мужем и выходит из офиса.

– Ты куда? – не оборачиваясь в ее сторону, спрашивает Александр.

Что-то в ее голосе Басаргину не нравится, он смотрит ей вслед с непониманием, но тут же продолжает рассматривать фотографии. Слишком его интересует этот человек. Слишком необычным способом пришлось на него выйти, чтобы не иметь повышенного интереса.

Через пару минут скрип открываемой двери заставляет его обернуться. Александра возвращается. Несет свой старый, еще студенческих лет фотоальбом, альбом с рисунками – тоже, наверное, студенческая пора – и несколько разрозненных фотографий разных лет.

– Я тоже могу вам показать фотографии этого человека... – неожиданно говорит она и кладет на стол между мужем и Таку принесенное. – Вернее, почти этого...

Лицо у Александры растерянное, непонимающее.

– Фотографии Осаку Кито? – переспрашивает Таку, хмуря густые брови.

– Нет. Фотографии Циремпила Дашинимаева.

– Это мой однокурсник, товарищ, потом муж моей подруги, с которой они в позапрошлом году развелись.