За все надо платить

Сегодня тебе с девушкой необыкновенно хорошо, она кажется тебе красивой, умной, доброй и ласковой, и ты наивно полагаешь, что так теперь будет всегда. А как только девушка перестает быть доброй и ласковой, ты жутко удивляешься.

– И с вами так бывало?

– О, – засмеялся Юрий, – сколько раз! Например, на первом курсе я был влюблен в совершенно замечательную девушку…

Сережа снова допустил ошибку, и Оборин отреагировал на нее ответным ходом так быстро, что продолжал свой рассказ практически без паузы.

– …она казалась мне самой красивой и вообще самой лучшей на свете. И я, естественно, был уверен, что буду любить ее всю оставшуюся жизнь. Даже предложение сделал ей сгоряча. А потом у нее все лицо пошло жуткими прыщами. Представляешь? Оказывается, она купила какой-то новомодный крем, и у нее началась сильнейшая аллергия. Целый год потом лечилась в Институте красоты. Я как увидел, какая она стала страшная, – всю любовь как рукой сняло. В один момент. Это сейчас я понимаю, что дурак был, что прыщи к любви никакого отношения не имеют, что любить надо не чистую кожу, а человека. А тогда… Сережа, по-моему, все ясно. Я ставлю тебе мат в два хода. Согласен?

– Согласен. Лихо вы меня разделали. Юрий Анатольевич, я очень плохо играю?

– Ну что ты, – великодушно сказал Оборин, складывая фигуры в доску. – Просто ты, видно, подустал малость и начал делать ошибки. Ты, наверное, жаворонок? Просыпаешься рано?

– Точно. А как вы догадались?

– А чего тут догадываться? Жаворонки должны рано ложиться спать, у них к вечеру внимание заметно падает, голова не варит. А я, наоборот, сова, с утра хожу как чумной, а ближе к вечеру самая работа начинается.

– Значит, вы больше не будете со мной играть? – огорченно спросил Сережа.

– Сегодня – нет. Уже поздно. А завтра приходи, если будет желание.

– В это же время?

– Да. Спокойной ночи, Сережа.

– Спокойной ночи, Юрий Анатольевич. Спасибо за игру.

Сережа закрыл за собой дверь, и Оборин услышал, как щелкнул ключ в замке. Пора было ложиться спать. Он собрался принять душ, но почувствовал, что у него нет сил, быстро стянул с себя джинсы и рубашку и забрался под одеяло.

* * *Сережа зашел в комнату медсестер и аккуратно запер за собой дверь. Только что он проходил по коридору мимо кабинета Александра Иннокентьевича и видел полоску света между дверью и полом. Значит, Бороданков работает и Ольга Борисовна дома одна. Можно смело звонить.

– Ольга Борисовна, – тихо сказал он, когда та сняла трубку, – это я, Сергей.

– Как дела? Получилось что-нибудь?

– Пока не очень, но первые шаги сделаны. Вы оказались правы, разговор о ранней женитьбе попал в струю. Он начал рассказывать о своих девушках.

– Что ж, молодец. Продолжай в том же духе. Когда утром будешь разносить микстуру, ничего не перепутай.