За миг до полуночи

Потом она жаловалась Свете:

– Улыбка потрясающая! Никак не могу поймать! Монти, иди сюда!

И она показывала очередной кадр:

– О чем ты здесь думал?

– А ты вспомни! Смотри, какой взгляд! Потрясающий взгляд! А ну, на место!

Он уже не обижался. Шел, куда сказали, садился, изгибался, улыбался. В какой-то момент хозяйка фотостудии посмотрела на него через объектив и закричала:

– Смотри на меня так, будто ты хочешь меня съесть! Покажи, как ты меня хочешь!

Он не выдержал и расхохотался. Захотеть это чудовище после нескольких часов напряженной работы – это уж слишком! Тут же раздался крик:

– Отлично! Молодец! А ну, еще! Умница!

Через четыре часа после начала съемки в студии появилась Нечаева. Вошла, кивнула Монти и спросила женщину-фотографа:

Нечаева подошла, и они вместе стали просматривать кадры в цифровом фотоаппарате. Женщина-фотограф нажимала на кнопку и возбужденно говорила при этом:

– Редкая фотогеничность. Я имею в виду лицо. Глаза просто потрясающие! Это же бездна! А вот это тебе как?

Нечаева покосилась на Монти. Он зевнул и потянулся.

– Устал? – спросила она.

– Ну что? – посмотрела Наина Львовна на подругу. – Отпустишь парня?

– Тебе что, уже не терпится?

Монти сделал вид, что ничего не слышал. Нечаева вновь покосилась на него и сказала:

– Время все равно заканчивается. Сейчас придет другой.

– Хорошо. Пусть переодевается.

Он зашел за ширму и стал снимать одежду, выданную ему Светой. Женщины о чем-то разговаривали. Монти застыл и прислушался. Голос у женщины-фотографа был низкий, глухой.

– Послушай, отдай его мне, – отчетливо услышал он.

– Что значит, отдай?

– Мальчик – прирожденная модель. Какая пластика, а?

– Ну, так работай. Я не мешаю.

– Да ты же его сейчас увезешь! Монополистка! И когда я его вновь заполучу? Выходила бы замуж за своего политика и не морочила людям головы!

– Он все равно устал. Ему надо поесть.

– Ладно. Забирай, – с обидой сказала женщина-фотограф. – Но учти: я от тебя не отстану. Он мой. Слышишь?

Тут Монти натянул штаны и вышел из-за ширмы, держа в руке рубашку. Ему хотелось прервать этот разговор. Вернее, торг.

– Хочешь стать моделью? – спросила хозяйка студии.

Женщины переглянулись и рассмеялись.

– Сколько я тебе должна? – спросила Нечаева у фотографа.

– Потом рассчитаемся.

В машине он спросил у Наины Львовны:

– А что причитается мне?

– Слава. Твое лицо будет на обложке следующего номера. Фотографии мне понравились. Но, если хочешь, я тебе заплачу.

– Конечно, хочу! Ужин включи в счет.

– Ты хочешь куда-нибудь заехать?

– Ну, разумеется, – кивнул Монти. – Я голоден. Даже кофе не пил, чтобы не испортить грим. Я что, железный?

Она не стала возражать. Машина притормозила у маленького ресторанчика.