И киллеру за державу обидно

Нужно же доказывать — как он убил этого «мента», а вдруг его и в России точно не было… В 7.30 я всех обзвонила и дала «отбой». Спросили, что делать со стволом? Я сказала:

— Не знаю ни про какие стволы!

— А деньги?

— Не знаю ни про какие деньги! Просто ОТБОЙ на сегодня!..

Дров могла наломать? Думала — УРА! Позвоню Супруненко, скажу: «Хотели Ческиса? Получите!» — хорошо, вовремя одумалась… И они его… уже столько на него было! — не смогли «принять»… Вот почему так?! Этих бандюшков пачками брали, а на этого все мало?! Трушкин за бандитами гонялся, а эту гадину все на потом откладывали…» — и как оказалось, навсегда.

Оставим эту несбывшуюся историю без комментариев… Однако один вывод, на всякий случай сделаем — неплохо бы задумываться, строя планы о последствиях предпринимаемого…

* * *Я допустил намеренно один существенный пропуск. Наше повествование остановилось перед самой осенью, или вначале ее. Теперь мы знаем, что происходило в головах каждого участника событий, их размышления, намерения, страхи, желания.

Как же часто принимая решения, мы сетуем на недостаток информации, пытаясь просчитывать ход мыслей противоположной стороны, осознаем пробелы в его намерения, а порой и промежуточных мотивациях по пути к цели.

Что же, все-таки, думали предпринять Пылевы? Что может показаться, исходя из важности дел и забот ими решаемых? Не одна их дума, совместная или частная, не могла проходить без касания мнений выросших приближенных. Рядом уже находились несколько человек, способные вполне заменить их обоих. Федулов («Шарпей») и Смирнов («Моряк») могли подсказать, высказать свои мысли, Махалин Сергей («Лысый», «Камбала»), совсем не глупый человек, честно говоря, я предпочел бы видеть его на месте Олега Александровича, хотя дел с ним иметь также не хотел. Был и Шарапов Александр («Шарап»), хоть и ленивый, но дальновидный и совсем не простой. Все эти люди не очень-то рвались наверх, а если и позволяли себе что-то, то не заходили дальше «огрызаний» и оспариваний некоторых команд административного характера.

Игорь Смирнов — «Шульц» и Юрий Федулов — «Шарпей», неосторожно забылись, наивно полагая, что поставленные Пылевыми старшими на рынках, стали незаменимы, их благополучное положения навсегда останется достаточным в финансовом отношении, а власть в своей вотчине непререкаема и независима. Таким поведением, не осознавая этого, эти люди противопоставили себя безоговорочной власти братьев, что вовремя заметили и, конечно, пресекли выстрелами в голову на борту катера, принадлежавшего Сергею Буторину, плавно режущему носом волны Средиземного моря, где и покоятся по сей день их останки.

Махалин Сергей — «Камбала», «Лысый».