Замуж за босса

— Я приготовлю тебе чай, — мама ободряюще кладет руку на плечо, гладит и уходит на кухню.

— Ну что. Все очевидно, милая. Кроме одного — в какой момент ты попалась? И кроме тебя этого никто не скажет.

Ну конечно же, он прав!

— А они не могли заранее мою подпись раздобыть… хотя нет. Кто знал, что Евгений Витальевич такую глупость сделает. А там вообще моя подпись?

Отец делает пометку в своих записях, но качает головой, мол, мало шансов, что подделка.

Ну когда, когда я поставила эту злополучную подпись?! Хоть головой бейся об стену — не помню!

Весь день на адреналине, словно в тумане. Ничего не помню до подписания бумаг Тумановым. Только тогда отпустило.

Сгибаюсь пополам, пряча лицо в коленях и вдруг задыхаюсь от боли в животе.

— Ааа! Мама!

Глава 23

В машине скорой помощи я вцепляюсь в мамину руку и молча смотрю в окно. Та успокаивающе гладит меня и периодически шепчет, что все будет хорошо.

Пока мы ждали врача, решили, что она поедет со мной, а отец доберется до больницы на машине. Можно было, конечно, всем вместе поехать, но не стали рисковать — вызвали скорую.

Отец ходил по квартире, словно лев в клетке, и на чем свет ругал «Женька», обещая отрезать ему… кое-что. Я пропускала всё мимо ушей, уверенная, что то — просто нервы. Он и правда волновался больше нас с мамой.

Его поведение в этот тяжелый момент заставило меня взглянуть на него с нового ракурса. Во-первых, он так переживал за меня, словно никого важнее нет в этом мире. То и дело спрашивал не больно ли мне, не донести ли до машины на руках, удобно ли уселась в карете и так далее. Я даже начала улыбаться, на мгновение забыв о дискомфорте внизу живота.

Во-вторых, он искренне негодовал в связи со случившимся, материл друга за то, что тот даже мысль допустил о моем предательстве.

— Как Женька вообще подумать мог на тебя? Вы, конечно, не так долго знакомы, но за это время он должен был понять главное — ты честный и порядочный человек. По шее бы ему надавать за дурость. Идиот вспыльчивый. Это Маринка его довела да паранойи, я уверен… — осекся, заметив, как я поморщилась, и больше не допускал подобных оговорок. Но мне хватило понять — о Марине знают многие. Многие считают, что он ее любил и скорее всего, любит до сих пор.

Приезжаем в больницу, которую мне посоветовала наблюдающий врач. Да-да, мама успела позвонить и ей. Татьяна Петровна еще по телефону нас немного успокоила и сообщила, что как раз сейчас дежурит в отделении. Встретит нас и осмотрит, велела не переживать раньше времени и не накручивать.

Отца еще нет, хотя мы были уверены, что он приедет раньше. Закрадывается одно неприятное подозрение, но новый приступ отбивает все мысли.

Спасибо, что в приемном покое не приходится долго ждать, Татьяна Петровна спускается через четверть часа.