Полдень, XXII век

На переднем щитке ее зажглась белая лампочка, и Шейла, заглянув в окно справа, увидела, что там ничего нет.

– Кажется, мясо приняла, – проговорила она с изумлением. Она не рассчитывала и на это.

– Ну вот видишь! – произнес Женя с гордостью.

Он стоял и любовался своей машиной и слушал, как она щелкает и жужжит. Потом белая лампочка погасла и зажглась красная. Машина перестала жужжать.

– Все, Шейлочка, – сказал Женя подмигивая.

Он нагнулся и вытащил из пакета тарелки. Тарелки были легкие, блестящие. Он взял две штуки, поставил их в окно слева, затем отступил на шаг и скрестил руки на груди. Минуту они молчали. Наконец Шейла, озадаченно переводившая глаза с Жени на машину и обратно, спросила:

– А чего ты, собственно, ждешь?

В глазах Жени появился испуг. Он вдруг сообразил, что если гуляш уже готов, то он должен был оказаться в окне слева независимо от того, были в нем тарелки или нет. Он сунул голову в окно слева и увидел, что тарелки пусты.

– Где гуляш? – спросил он растерянно.

Шейла не знала, где гуляш.

– Тут какие-то ручки, – сказала она.

В верхней части машины были какие-то ручки. Шейла взялась за них обеими руками и потянула на себя. Из машины выдвинулся белый ящик, и странный запах распространился по комнате.

– Что там? – спросил Женя.

– Посмотри сам, – ответила Шейла. Она стояла, держа в руках ящик, и, скривившись, рассматривала его содержимое. – Твоя УКМ превратила мясо в воздух и солнечный свет. Может быть, здесь лежала инструкция?

Женя посмотрел и ойкнул. В ящике лежала пачка каких-то тонких листов, красных, испещренных белыми пятнами. От листов поднимался смрад.

– Что это? – растерянно спросил Женя и взял верхний лист двумя руками, и лист сломался у него в руках, и куски упали на пол, дребезжа, как консервная жестянка.

– Прелестный гуляш, – сказала Шейла. – Гремящий гуляш. Пятая стихия. Интересно, каков он на вкус?

Женя, сильно покраснев, сунул кусок «гуляша» в рот.

– Смельчак! – с завистью произнесла Шейла. – Герой!

Женя молча полез в пакет с продуктами. Шейла поискала глазами, куда бы все это девать, и вывалила содержимое ящика в кучу упаковочной бумаги. Запах усилился. Женя вытащил буханку хлеба.

– Какую кнопку ты нажала? – грозно спросил он.

– Вторую сверху, – робко ответила Шейла, и ей сразу стало казаться, что она нажала вторую снизу.

– Я уверен, что ты нажала четвертую кнопку, – объявил Женя. Он решительно сунул буханку в окно справа. – А это хлебная кнопка!

Шейла хотела было спросить, как можно объяснить странные метаморфозы, происшедшие с мясом и картошкой, но Женя, оттеснив ее от машины, нажал четвертую кнопку. Раздался какой-то лязг, и стали слышны частые негромкие удары.

– Видишь, – сказал Женя, облегченно вздохнув, – режет хлеб.