Взгляни на меня

И что она твердо намерена написать жалобу, а затем и подать иск.

– Это неправда! – воскликнул Кен.

Первые слова, которые Мария услышала от него за весь день.

Джилл повернулась к нему и продолжала тем же ровным тоном:

– Вы сказали Марии, что она должна больше стараться, чтобы стать командным игроком. Что, если вы будете с ней заодно, она может однажды подняться до компаньона. А потом вы стали ее касаться.

– Вы непозволительным образом прикасались к Марии. Трогали шею и грудь.

– Я дотронулся только до плеча!

– Значит, вы признаете, что прикасались к ней? И не прекратили даже тогда, когда она сказала, что считает ваше поведение оскорбительным?

Тут Кен сообразил, что лучше замолчать. Он повернулся к Барни. Если тот и был разгневан словами Джилл, то не подавал виду.

– Мария во время сегодняшней встречи ничего не сказала о сексуальных домогательствах – точно так же, как ни разу не упоминала об этом за всё то время, пока работала здесь.

– А с какой стати? Она знала, что вы прикроете Кена. Как и раньше, когда приходилось иметь дело с жалобами на домогательства.

– Произошло какое-то недоразумение, и мы наверняка сможем разрешить его по-дружески. Нет никаких причин прибегать к угрозам.

– Я не прибегаю к угрозам. Более того, скажите спасибо, что мы сначала пришли сюда и иск не застал вас врасплох.

– Я очень вам благодарен, – признал Барни. – И я думаю, что мы обсудим все это как цивилизованные люди. Я бы хотел выслушать Марию.

– Да, несомненно. Вы прочтете ее показания, как только она их даст. А пока буду говорить я.

У Кена глаза полезли на лоб. Барни просто уставился на Джилл.

– Вы понимаете, что не можете говорить от имени Марии, потому что вы – заинтересованное лицо?

– Я здесь как ее друг.

– Вряд ли есть какая-то разница.

– Тогда давайте сформулируем иначе: мы с Марией решили уволиться. Мы не собирались сообщать об этом сегодня, но, поскольку Мария, помимо всего прочего, сможет потребовать компенсацию, я подумала, что откладывать незачем.

В этот момент даже Барни утратил дар речи. Он перевел взгляд с Джилл на Марию, потом снова посмотрел на Джилл.

– Ты сказала, что вы обе увольняетесь?

– И где вы будете работать?

– Не важно. Сейчас мы говорим об иске, который Мария намерена подать. Мы все знаем, что обвинения, выдвинутые Линн и другими, очень серьезны. Вы представляете, насколько усугубится ситуация, если Мария скажет свое слово?

– Но я ничего такого не делал! – выдавил Кен.

Барни гневно уставился на него.

– Вы думаете, кто-нибудь этому поверит? После того как в суде выступят остальные? Но, конечно, дело не зайдет так далеко. Проблема уже почти улажена. Всем присутствующим здесь известно, что вы намерены мирно все уладить. Но лично я не уверена, что Мария пойдет на это.