Взгляни на меня

Мария, как и большинство сотрудников, решила уйти на несколько минут пораньше. По пути к двери она заметила, что оставшиеся напуганы и взволнованны.

Джилл снова позвонила ей после разговора с Лесли; они договорились встретиться и пообедать все вместе в среду. Энтузиазм Джилл был заразителен, но он вселял в Марию и некоторое беспокойство. Менять работу, сферу деятельности, начинать с чистого листа – все это казалось ей рискованным, пусть даже если оставаться на прежнем месте было еще опаснее.

Она поняла, что очень хотела поговорить с кем-нибудь, кроме Серены и родителей. Девушка поймала себя на том, что, проезжая мимо дома Эвана и спортзала, искала глазами автомобиль Колина. А потом она свернула на Райтсвилл-Бич.

Бар в «Дерзком Пите» пустовал. Мария села на высокий табурет, прежде чем Колин увидел ее. Девушка заметила, что удивленное выражение лица постепенно сменилось нейтральным.

– Привет, Колин, – негромко сказала она. – Приятно тебя видеть.

– Как странно, что ты здесь.

Глядя на Колина, стоявшего за стойкой, Мария подумала, что он необыкновенно красив. Ее охватило сожаление, совсем как вечером в субботу.

…В баре было удобно разговаривать. Их разделяла стойка, и вдобавок Колин работал – это не позволяло разговору немедленно стать слишком серьезным. Колин рассказал Марии про бой с Ризом и про заверения Эвана, что исход был предопределен с самого начала. Мария рассказала про то, как они с Сереной помогли родителям выбрать новую собаку, про кризис в фирме и про возможность начать работать с Джилл.

Как обычно, Колин слушал не перебивая; Марии приходилось буквально вытягивать из него слова. Но, когда пришла пора прощаться, он попросил официанта постоять за стойкой пару минут и проводил Марию до машины.

Колин не попытался ее поцеловать, и тогда Мария сама сделала это. Ощутив знакомый вкус губ Колина, она вдруг задумалась, отчего вообще ей в голову пришла мысль с ним расстаться.

Дома усталость наконец взяла верх, и Мария быстро заснула. Ее разбудило сообщение от Колина. Он благодарил девушку за встречу и признавал, что соскучился.

Во вторник настроение в конторе было еще хуже, чем накануне. Хотя компаньоны, видимо, решили держаться деловито, как обычно, недомолвки начинали действовать сотрудникам на нервы. Разумеется, большинство подозревали худшее, и уже ходили разные слухи. Мария слышала о сокращении штата. У многих сотрудников были семьи и закладные; иными словами, их жизнь могла заметно усложниться.

Мария изо всех сил старалась не высовываться и сосредоточиться на работе. Барни по-прежнему был молчалив и рассеян. За работой время шло быстро, и, уходя из офиса, Мария осознала, что ни разу даже не подумала о загадочном незнакомце.