Взгляни на меня

Она едва узнала собственный утомленный голос.

– Хотите зайти? – спросила Лили. – Эван наверняка уже успокоился, и мы можем все обдумать… ну или просто выслушать, если ты хочешь выговориться.

– Я даже и не знаю, что сказать, – ответила Мария.

Мария и Колин остались одни на крыльце, когда за Лили с легким щелчком закрылась дверь.

– Извини, – негромко сказал Колин.

– Хочешь, отвезу тебя домой?

В домах по обе стороны улицы было уже темно.

– Не хочу, – тихонько ответила Мария. – Он знает, где я живу.

– Тогда оставайся у меня.

Сойдя с крыльца, они зашагали вдоль стены к боковой двери. В прихожей Колин зажег свет и вошел первым. Надеясь хоть немного отвлечься от неприятного ощущения в животе, Мария огляделась: небольшая квартирка, справа кухня, прямо маленький коридор, который, по всей видимости, вел в ванную и спальню. В доме Колина оказалось на удивление чисто, на столах ничего не валялось. Мебель спокойных тонов, ни фотографий, ни личных вещей – как будто тут вообще никто не жил.

– Это и есть твоя квартира?

– Ну да, пока так. Налить тебе чего-нибудь?

Колин наполнил на кухне два бокала и подал один Марии. Она сделала глоток и вдруг вспомнила, что ее преследуют. Она, точно наяву, вновь увидела, как Колин, в ярости, сжав кулаки, добивался ответа у официантки. А когда Эван дернул его в сторону, каким бешеным, полным неконтролируемого гнева взглядом Колин одарил друга…

– Как ты себя чувствуешь? – наконец спросил он.

Мария попыталась отогнать воспоминания и поняла, что не может.

– Плохо, – ответила она. – Очень плохо.

Ни в гостиной, ни потом, в постели, оба, не зная, что сказать, молчали. Мария просто хотела, чтобы Колин держал ее в объятиях; поэтому она легла на бок и положила голову на грудь мужчины, ощущая, как напряжено его тело.

Она надеялась, что рядом с Колином почувствует себя в безопасности.

Но тщетно. Лежа без сна и глядя в темноту, Мария задумалась о том, придет когда-нибудь в ее жизнь спокойствие или нет.

Утром Колин отвез Марию домой и подождал в гостиной, пока она приводила себя в порядок, однако ехать завтракать к Санчесам отказался. Он понимал, что сейчас Марии лучше побыть с родными, на островке стабильности в бурном океане жизни, которая внезапно стала слишком непредсказуемой. Он проводил девушку до машины; когда они обнялись, Мария поймала себя на том, что самопроизвольно отстранилась.

Родители ничего не замечали, но Серена поняла, что Марию что-то тревожит, как только та шагнула на порог. Что-то, чем сестра не желала делиться с родителями. Серена поддерживала легкую беседу на кухне и за столом, заполняя паузы звуком собственного голоса и не позволяя коснуться в разговоре ничего серьезного.

Потом они с Марией отправились на прогулку.