Доктора вызывали? или Трудовые будни попаданки

Жаль, что пока не изобрели более сильных и надежных средств, но что поделать.

На работе я много времени проводила с маленькими детьми, но даже понятия не имела, что значит возиться с ними целый день. И, хочу заметить, в жизни все не так, как пишут в учебниках! И только в рекламе детского питания малыши всегда веселые, послушные и чистые, Маруся же начинала кричать всякий раз, когда я пыталась запретить ей тащить в рот мои волосы. Едва я опустила ее на пол, она поползла аккурат к забытой книге и чуть не вырвала страницу, потом стащила на пол мою подушку, а в заключение попыталась опрокинуть на себя смотровой столик.

Поддерживая ее за руки, мы обошли всю палату, потом гуляли вокруг лечебницы, изучая окрестности. Ей понравилось ходить босиком по зеленой мягкой траве, еще чуть-чуть, и начнет бегать самостоятельно. Наблюдая за тем, с каким упоением малышка рвет травинки, я чувствовала, как сердце наполняется теплом.

Лилит вывела детей на утреннюю прогулку, так те почти все время простояли у нашего окна, а Эллин, весело смеясь, пыталась вручить Марусе то камешки, то цветы или листья. Я дала ей рассмотреть одуванчик, который, стоило мне зазеваться, едва не оказался у мелкой исследовательницы во рту.

Когда Маруся, наконец, уснула, я плюхнулась на свою кровать и взяла книгу. Малышке нравилось, когда я поглаживала ее коротко стриженные волосы и тихо напевала. Не потребовалось даже применять ментальную магию, получив кучу новых впечатлений, девочка уснула быстро.

Интересно, дома ее кто-нибудь ласкал? Жалел? Или она все время сидела одна?

Эти мысли только портили настроение и заставляли злиться, поэтому я решила ничего не представлять, а то воображение разыгралось не на шутку. Лучше начну читать новый параграф.

После обеда вернулся Уголек и гордо сообщил:

— Я Шерриану все сказал.

Стоило Марусе увидеть кота, как глаза ее распахнулись, она с восторженным лепетом потянула к нему руки. Уголек глянул на нее снисходительно, как на несмышленого котенка, но за бока потискать разрешил.

— Молодец, спасибо… А что именно ты сказал? — спросила я, чувствуя какой-то подвох. Уж больно сахарным тоном говорил фамильяр.

Он же уставился на меня самым невинным взглядом.

— Как что? Что ты заболела, конечно. Чесоткой.

Я опустила голову и застонала.

— Ну кто тебя за язык дергал?

— Спасибо мне лучше скажи, неблагодарная! Вот и проверим его чувства. Если убежит, сверкая пятками, туда ему и дорога, — он плюхнулся на пол и начал вылизывать заднюю лапу. — Я вот свою кошечку готов любить даже блохастой.

Интересно, не побрезгует ли теперь нейт Шерриан?

Время пролетело быстро за играми, кормлением и купанием. Я снова смазала сыпь и расчесы мазью, в этот раз пришлось повоевать с крутящейся и пищащей, как сирена, Марусей.