Пропущенный вызов

Эта старая церквушка, построенная очень просто, никогда не признавалась памятником архитектуры и долгое время стояла запертой, потихоньку разрушаясь. Потом ее наскоро отреставрировали, и часовня снова заработала.

Маленькая, покрытая синей краской луковка купола красиво смотрелась на сером небе, а чайки, летавшие вокруг с протяжными криками, наоборот, на фоне туч походили на собственные тени.

Руслан улыбнулся, вспомнив, как они со Спасским смеялись над молоденьким отцом Михаилом, пришедшим служить в часовню. Колдунов в силу возраста, а Мила в силу своего пола рассуждали, что Бога, конечно нет, но если вдруг есть, то нечего с ним обострять отношения, а Руслан с Андреем Петровичем вели себя под стать комсомольцам двадцатых годов, а когда отец Михаил загремел к ним с аппендицитом, позволяли себе шуточки на грани дурного вкуса.

Решив дойти до часовни и обратно, Руслан двинулся вперед и с некоторой опаской увидел тощую фигуру отца Михаила, облаченную в простую черную рясу.

«Сейчас скажет: ага, безбожник, так тебе и надо», – поежился Руслан и хотел быстро повернуть обратно, но Михаил сам подошел к нему и поздоровался.

– Здравствуйте… эээ… отче, – замялся Руслан, не зная, как обращаться к служителю церкви.

– Называйте меня Мишей, Руслан Романович. Вы хотите зайти?

– Нет-нет! Боюсь, мне по ступеням еще не подняться, и я ничего не взял с собой.

– Да что же нужно? Вы устали, наверное?

Михаил показал на скамейку перед входом, предлагая ему сесть. Руслан засомневался, стоит ли, тем более что на скамейке уже сидел бомж по кличке Ипохондрик. С наступлением холодов у этого гражданина мира сразу обострялись все существующие и несуществующие болезни, и по молчаливой договоренности врачей экстренной службы он кочевал с одного отделения на другое, пока не наступала весна.

– Боюсь, – сказал Руслан, – что мне милостыню начнут подавать, если я присяду тут.

– Если от чистого сердца, так оно и незазорно.

Руслану стало стыдно за свои прошлые издевательства над Мишей, как они обзывали его «смежником» и возмущались, почему граждане не пишут на него жалобы, что плохо молился.

Он сел на краешек лавки, стараясь не вдыхать воздух со стороны Ипохондрика.

– Что же делать? Молиться? – спросил Руслан у Михаила. – Но я не знаю ни одной молитвы.

– Это дом Господень, – сказал отец Михаил спокойно, – он вездесущ, и все про вас знает, так что не надо ни роптать, ни молиться. Просто побудьте здесь и послушайте в своем сердце, что он скажет вам.

Он быстро перекрестил Руслана и куда-то заторопился, может быть, к умирающему или по своим делам."

"Руслан посмотрел, как чайки кружат вокруг креста и сквозь прореху в тяжелой туче пробивается одинокий солнечный луч.