Выжженая земля. Тетралогия

На одном из них и лежал сейчас прапорщик. Ну, раз так, то никто не мешает мне устроиться на соседнем. Идти сейчас куда-то в лес желания не было ни малейшего. Да и следовало как-то упорядочить в голове все, что сообщил мне мой собеседник. Не то чтобы я ему не верил. Чего-то подобного мы ожидали уже давно. Но ждать — одно, а вот принять это всё как свершившееся событие — совсем другое дело. С этой мыслью я и задремал.

Он умер под утро. Незадолго до этого у Ананьева начался бред. Осторожно отодвинув в сторону автомат, присаживаюсь к нему рядом и по мере сил пытаюсь облегчить его положение. Увы… я не врач. Пару часов он бредил, пытаясь что-то сообщить неведомому командиру, и бред его был жутковат…

Пару раз я выходил на улицу, чтобы намочить в бочке с водой тряпицу. Уложенная ему на лоб, она хоть немного, но облегчала его положение. И вот, вернувшись после очередного выхода, обнаружил его уже мертвым.

Могилу ему я выкопал неподалеку от здания. В кустах. Было у меня сомнение, что вернувшиеся сюда за чем-нибудь бандюги, проявят по отношению к ней хоть какое-то благородство.

Найденным в столе карандашом написал на отодранной от стола фанерке: Старший прапорщик Ананьев П.А., поставил дату. Найти в разоренном доме пару гвоздей большого труда не составило. Около могилы было небольшое деревце, к нему я и прибил эту табличку. Постоял возле неё. Вот и всё, закончился твой путь, прапорщик. Каким бы он ни был, но хотелось бы надеяться, что прошёл ты его с честью.

Ладно, теперь можно и о себе подумать.

От Ананьева мне достались крепкие камуфляжные брюки и такая же куртка. Никаких погон или знаков различия на них не имелось. Учитывая сложившуюся обстановку, это скорее в плюс. Кстати говоря… прапорщик ведь ранен в ноги, это так, я сам видел. А вот одежда его была целой. Интересный факт? Переоделся после ранения? Где?

Однако самым ценным приобретением оставалось всё-таки оружие. Укороченный калаш — ксюха и пистолет Ярыгина. Вот патронов было немного — магазин в автомате и две обоймы к пистолету. Не айс… Но и то — божий дар!

Гранат не было, зато был нож и хороший фонарь. Пара банок с тушенкой, несколько пачек галет, одноразовые супчики — четыре пачки. Ну, и по мелочи, всякие там вилки-ложки и прочий солдатский хабар. Тем не менее, и это было неплохим приобретением. Осматриваю комнату.

Главный вопрос — как пришёл сюда Ананьев? Со своим ранением самостоятельно передвигаться он если и мог, то весьма недалеко. Значит, ранили его где-то поблизости, иначе не дошел бы. Но он ведь ещё и переоделся! И сам ли он сюда дошёл?

Так.

Топчан, где он лежал. Рядом окурки, понятное дело, что выходить покурить на улицу он не мог, так что тут и дымил. При мне он, кстати говоря, не курил. Отчего? Сигареты кончились? Точно, он и меня про них спрашивал. Считаю окурки.